Район, где на караван нападали пираты, прошли без происшествий. Наверное, поэтому купец Арадму, нанявший меня, посматривает на дорогого охранника без былой радости. Мне плевать на его чувства. Как мне сказали, шумеры договор держат крепко.
Я отворачиваюсь, чтобы не видеть унылое лицо Арадму. Впереди большой и высокий остров. Мы проходим архипелаг с забавным для русского человека названием Куриа-Муриа. В него входят пять островов, арабские названия которых менее запоминающиеся, вытянувшихся, кроме одного мелкого страдальца, почти в линию с запада на восток.
Самый большой, к которому мы приближаемся, расположен посередине. На нем и заночуем. То ли купцы срезают угол, то ли на материке в этих краях нет поселений и слишком опасно ночевать. Я замечаю двух рыбаков, которые, стоя на коленях на чем-то, похожем на узкий плот, ускоренно гребут к берегу, каждый коротким веслом со своего борта. Только когда они вытягивают свое плавсредство на берег, поднимают его и уносят в лесок, покрывающий пологий склон, догадываюсь, что плот собран из надутых кожаных мешков.
Интересно, что им мешает сделать лодку-долбленку? Наверняка видели такие, так что придумывать не надо, лес на острове есть, орудия труда тоже должны быть или могли бы выменять. Прогресс разбивался вдребезги или о традицию, или о лень."
"Мы заходим в бухточку возле северного берега острова, вытаскиваем носы судов на галечный пляж рядом с впадающим в море ручьем и привязываем поданные с носов канаты к вкопанным к грунт бревнам, потемневшим от времени.
Морские караванные пути сейчас не сильно отличаются от сухопутных. Через примерно равные отрезки расположены места для ночевки. Иногда возле населенных пунктов, иногда в глухих местах, сравнительно безопасных. Экипажи судов привычно начинают обустраиваться на ночь: кто-то переносит с судов на берег продукты и питье, кто-то — одеяла и подушки, кто-то набирает воду в ручье, кто-то идет в лес за дровами, кто-то разжигает костер, чтобы приготовить ужин и завтрак. Если ночуем возле поселений, купцы покупают у местных жителей свежие продукты, а в глухих местах едим в основном вареный сорго с вяленым мясом или рыбой.
Раньше для меня сорго ассоциировался только с вениками, теперь убедился, что его зерна можно есть. Они похожи на просяные, но крупнее. На вкус… трава она и есть трава, даже несмотря на то, что варят ее с час. Если перемешать горячую кашу с кусочками вяленого мяса, которое благодаря этому распариваются, есть можно. С вяленой рыбой получается хуже.
