Шут и слово короля

Все-таки они оказались у моря, хотя совсем не на то рассчитывали! Все-таки Калья…

И вот еще — солнце! Солнце уже давно перевалило за полдень, а это значило, что они пробродили в подземелье не два часа, и не три…

Половина свечи — это сколько?..

Ох, и растяпа же он! Их, конечно, уже хватились в Развалинах.

Неподалеку, в паре десятков шагов, стоял стражник, обнимался в тени зубца с молоденькой девчонкой и не видел никого и ничего. Все прибрежные крепости должны выставлять наблюдателей со стороны моря, бдить, не придет ли какой неприятель.

Но люди уже привыкли к миру и с этой стороны беды не ждали, бдили не слишком старательно.

Эдин пригнулся и поспешно стал спускаться. Теперь он представлял себе, где находятся главные ворота Кальи.

На воротах стража. А ну как задержат, спросят, кто такие?..

— Пошли, выход там, — он взял за руку Аллиель. — Кстати, это Калья. Ты тут родилась. Твой замок, можно сказать.

Аллиель дернула подбородком и не ответила. Молча шла с ним рядом, торопить и тянуть не приходилось.

С обреченным выражением на лице — видно, смирилась с неизбежным. Громы с молниями от Графа? Да, это как пить дать. А что в добавку к ним, видно будет…

— Э-гей! — это их кто-то окликнул.

Толстый человек махал им рукой. С кем-то перепутал? Эдин махнул ему в ответ, и, крепче сжав руку Аллиель, припустил прочь. Забежав за приземистое квадратное строение, они разом остановились, увидев большую телегу, запряженную парой лошадей и нагруженную тремя большими бочками. Пустыми, причем…

Около телеги стоял лохматый кобель, широкий, на мощных лапах, и рычал очень уж неласково.

— Тихо, — шепнул Эдин.

Аллиель и так почти не дышала.

Эдин постарался выровнять дыхание, глядя в глаза собаке. Представил, что это медведь — так у него лучше получалось…

С собаками это бывает непросто, они слишком преданы хозяину.

Пёс перестал рычать. Эдин уже понял, почувствовал, что тот вовсе не злой. Строгий просто, рычит для порядка. Он поможет. Только его подчинять нельзя, начнёт сердиться, а соперничать с такой псиной, даже безмолвно, сейчас не место и не время.

Пока можно просто попросить.

Подействовало. Пес качнул хвостом, степенно подошел и лизнул Эдину руку. Аллиель потрясенно моргала.

Быть таем иногда полезно.

— Пошли скорее, — он подтолкнул Аллиель к телеге. — в бочку, вон в ту, большую. Ну, живее…

В бочке лежали мешки из джута, страшно пыльные, но сойдет, выбирать не из чего. Эдин забрался рядом с Аллиель, прикрылся мешком.

— Вот.