Шут и слово короля

Зато, когда некоторое время спустя соотношение сил несколько сместилось и король Сольвенны пожелал вернуть потерянное, этому вдруг воспротивились его бывшие подданные, которым неожиданно понравились новые порядки, и — ничего не вышло.

Тогда же Рай со своим отрядом почти случайно взял в плен одну из сольвеннских принцесс. Пленница была очаровательна, сам Рай — покорен, так что Эдин, рассудив, что победителям можно если не все, то многое, немедленно благословил друга на законный брак. В результате король Сольвенны негодовал, но Рай и принцесса были вполне счастливы.

А с королем Герейном опять даже не подумали посоветоваться. Зато графиня Диндари, матушка Рая, стала носить каблуки повыше и непрестанно повторяла, что младший сын всегда был предметом ее тайной гордости.

Король был не всем доволен, но что-то изменить оказалось не в его силах, да и зачем? У него самого в это время военные дела складывались не слишком удачно. Воюя на территории соседнего королевства, он никак не мог продвинуться дальше.

И его хромой младший сын, вера в будущий успех которого поддерживала короля несказанно, тоже пока никак себя не проявил, скорее, наоборот.

Справедливости ради надо заметить, что Эрдад не был так уж виноват. Ему не повезло, как и генералу, который, собственно, принимал решения, и как королю, который был с этими решениями согласен. Могло повезти, но — не повезло. Неудачное стечение обстоятельств. И спешно отступая, во время переправы принц лишился сапог. Обоих. И порвал штанину. Казалось бы, мелочь.

Но если победителям можно почти все, то над побежденными находятся желающие посмеяться — почти всегда. И кто-то вспомнил песенку:

Какой-то другой шутник, умеющий рифмовать, сотворил примерно вот что:

Когда несладко, надо найти какой-никакой повод для смеха, это в человеческой природе. Следующий куплет тоже не пришлось долго ждать — в нем принц Эрдад потерял штаны. Закончилась песенка тем, что принц убегал, держа под мышкой голову.

Разумеется, в глаза принцу и его приближенным никто это не пел, поэтому и сам Эрдад, и эти самые приближенные долго не подозревали о той славе, которой удостоился среди подданных его высочество.

До войны король как-то не сподобился издать указ о лишении старшего сына Сая-Эдина первоочередных прав. После войны, продолжавшейся с перерывами целых семь лет, это и вовсе стало… как-то неуместно. Старший сын короля приобрел слишком большой авторитет — наверное, благодаря своей невероятной удачливости.