Швед

– Я уверен на девяносто девять и девять десятых процентов, что Швед жив. Но… если… В общем…

Он снова ругается.

– Если всё закончилось плохо, то ты не останешься одна. Знай это, девочка.

А я молчу. У меня внутри разворачивается огромная бездонная дыра размером со вселенную.

Мне ещё никогда в жизни не было так плохо, так больно и так страшно.

– Он вернётся, – говорю спустя вечность.

– Я тоже так думаю, – вздыхает Данте. – Яна, дай мне свой телефон, я впишу свой номер.

Роюсь в сумке и протягиваю ему телефон.

Он возвращает его почти сразу со словами:

– Звони и пиши мне по любому поводу, хорошо? Даже если просто поговорить захочется, или что-то понадобится.

Поднимаю на него взгляд.

– Данте, если его больше нет, то я тоже умру.

Глава 26

ЯНА

Отвезти меня вызвался Геннадий.

Сидя в машине, я беззвучно плачу. Мужчина ничего не говорит, потому что в этой ситуации любые слова – пустой звук.

Когда до дома остаётся совсем немного, я понимаю, что не хочу снова оставаться в одиночестве, в пустой квартире и сходить с ума от тяжких дум.

Недалеко от дома есть парк.

Дождь прошёл, и благодаря заботе мужчин я просохла и согрелась.

Решено, пройдусь пешком.

– Геннадий, остановите, пожалуйста, возле парка, хочу прогуляться, – прошу мужчину усталым голосом.

– Яна, – хмурится он, – не стоит. Уже темнеет. На улице сыро и холодно. Да и сама понимаешь, враги не дремлют и…

– Если отвезёте меня к дому, я всё равно пойду в парк, – произношу резко и практически рычу, глядя на него: – Поймите! Я ведь сойду с ума! Мне нужно просто пройтись.

– Могу отвезти тебя к себе. Или к Данте, – предлагает он. – Не останешься одна. Переживёшь эти тяжёлые дни с кем-то из нас. Потом Швед вернётся и…

– Вы уверены, что он вернётся? – обрываю его.

– Я очень на это надеюсь, – после минутного молчания, произносит Гена. – Швед живучий, Яна. Он в каких только ситуациях не бывал, но как неваляшка, каждый раз поднимается, отряхивается и сносит головы своим врагам.

Слова Геннадия звучат ободряюще, и я слабо улыбаюсь.

– Сегодня побуду одна… Если мне будет очень плохо и тяжело, я позвоню Данте. Он или вы не будете против, если я к кому-то из вас заявлюсь в гости?

– Без проблем, – улыбается он. – И давай уже на «ты». Выканье страшно бесит.

– Хорошо, – киваю и вздыхаю. Хорошие у Олега друзья. – Пожалуйста, высади меня возле парка.

– Упрямая, – говорит он. Это не вопрос, а констатация факта.