Группа поползла к реке. Пока Фирсов наблюдал за часовыми, он обратил внимание, что немцы следят за дорогой, не обращая внимания на реку. Вот по льду реки командир и решил подобраться к мосту поближе.
Разведчики выбрались на лед. Морозы зимой сорок первого года были лютые, лед был толстым и выдержать мог не только группу людей, но и груженый грузовик.
Стемнело. Фирсов поглядывал на часы. Немцы еще передвигались по дороге при свете синих фар, но машин становилось все меньше и меньше. Потом пришел грузовик со сменой караула.
Отстоявшая свое на часах, замерзшая смена погрузилась в грузовик, предвкушая отдых в тепле.
– Вперед!
По льду разведчики поползли к мосту. Белые маскировочные халаты делали их в темноте, на фоне снега, невидимыми для часовых.
Подобрались близко – было слышно, как переговариваются часовые. По Уставу караульной службы на посту нельзя разговаривать, принимать пищу, курить и спать. Но война вносила свои коррективы, и немцы, педанты во всем, в боевых условиях Устав нарушали. Вот и теперь они переговаривались, а потом закурили – ветерок доносил запах табачного дыма.
Фирсов ткнул пальцем в часового и в грудь Кропачева, потом указал на другого часового и на Богачева. Оба разведчика кивнули и поползли к указанным целям. Остальные выжидали, приготовив оружие на случай неудачи. Если один из разведчиков не сможет снять часового и тот поднимет тревогу, группе разведчиков на льду придется туго. И даже если они выберутся на берег, проще и легче не будет. Примчится бодрствующая смена караула, осветят берег фарами.
Укрыться будет негде, и завязавшийся бой будет для разведчиков заведомо проигрышный. К тому же немцы могут себе позволить вызвать подкрепление и не жалеть патронов.
Напряжение возрастало. Было видно, как у обоих въездов на мост маячили темные силуэты часовых. Что было плохо – часовые, спасаясь от ветра и мороза, непрерывно расхаживали. А снять их надо было одновременно.
Наших разведчиков не было видно. Как Алексей ни старался разглядеть, все случилось в одно мгновенье.
Кажется, он только моргнул, но обоих часовых уже не было видно. Потом раздался едва слышный свист.
– Минер, твоя очередь. Парни, взрывчатку на мост!
Разведчики с грузом взрывчатки, не скрываясь, побежали по мосту. Алексей замешкался.
– Какого черта! Вперед! – зло прошипел Фирсов.
Оскальзываясь на снегу береговых склонов, Алексей выбрался на мост. Трупы часовых уже сбросили с него, и разведчики присыпали их снегом, чтобы темные немецкие шинели не бросались в глаза.
