К обеду Алексей выдохся, но уже после обеда рассказывал о минах и рисовал прутиком на снегу, как они выглядят и чем опасны. Пехотинцу противотанковая мина была не опасна, даже если он на нее наступит – взрыватель мины был рассчитан на большой вес: танка, бронетранспортера.
На следующий день занятия с пополнением проводил сам Мокрецов. Он объяснял и показывал практически, как снимать часового ножом, как связывать «языка», на сленге разведчиков – «пеленать». Потом пошли тонкости маскировки, проход через колючую проволоку и много чего еще.
Большинство этих знаний Алексей уже постиг на практике, но все равно слушал внимательно. Командир взвода, имея богатый опыт, говорил только о необходимых вещах, не углубляясь в теоретизирование – как далеко слышен выстрел пистолета, винтовочный, пушки.
– Это еще зачем? – удивился один из новобранцев."
"– А как ты, находясь в немецком тылу, определишь расстояние до передовой? Вопрос жизненно важный. Если передовая в километре, можно ползти и быть готовым перебраться через траншею.
А если до передовой десять километров? Их ты тоже ползти на животе будешь?
И таких, казалось бы, мелочей было много. Общими усилиями они поднатаскали бойцов за неделю. Хуже было с другим: опытных разведчиков во взводе – хорошо если пяток остался.
И еще нужны были ножи. Для разведчика нож – не баловство, не инструмент для открывания консервных банок. Как бесшумно снять часового или перерезать провод? Только нож и выручает. Каждый выкручивался сам, как мог. Снимали ножи с убитых немцев, выменивали их у связистов или пехотинцев на табак, водку, хлеб.
В штатном расписании ножи не значились, и советской промышленностью не производились – считалось, что бойцу достаточно штыка. Но на трехлинейке штык был длинным, четырехгранным – вроде стилета. Резать им что-либо было нельзя, а колоть – рукояти нет. Да и гнулся он легко. В общем, неважный для разведчика предмет.
Штыки от СВТ или АБС были лучше – по образцу немецких. Плоские, с ножнами, но для разведчика слишком длинны.
Они для штыкового боя хороши, когда к винтовке примкнуты. Но сбалансированы по руке плохо, рукоять неудобная, в ножевом поединке неповоротлив из-за длины. Эти штыки тоже не подходили, как и немецкие – они страдали теми же недостатками. Только с сорок второго года небольшими партиями стали производить ножи по образцу финских, кои в немалых количествах были у финских солдат в войну 1939 года. Кстати, у финнов наши переняли дисковый магазин на 71 патрон для ППД и ППШ.
