Пора убираться из траншеи.
Алексей забросил винтовку за спину и пополз.
Едва он перевалил на склон, сзади рвануло несколько гранат и вспыхнула автоматная стрельба. Уже не скрываясь, Алексей вскочил на ноги и побежал – сейчас спасение было только в скорости.
Он добрался до дна, где лежали убитые немцы, на ходу схватил автомат убитого и кинулся наверх. Бежать стало тяжелее, временами ноги оскальзывались на траве.
Он выбрался и упал, переводя дух, а Виктор начал стрелять.
Из траншеи, где несколько минут назад еще били снайперы, уже показались немцы.
Точными выстрелами Субботин снял двух самых резвых пехотинцев.
– Леха, беги в рощу, я прикрою. Потом моя очередь бежать будет.
К тому моменту Алексей едва успел отдышаться, но побежал. Виктор уже отдышался и мог стрелять точно.
Вот и березовая роща – просматривается почти насквозь. Алексей залег на опушке и приготовил винтовку к стрельбе.
– Витя, давай!
Субботин бросился бежать к роще. Немцы, увидев бегущего красноармейца, открыли стрельбу, но Алексей несколькими выстрелами убил наиболее активных стрелков.
Остальные попрятались в траншею."
"– Фу, добежал! – Субботин упал рядом с Алексеем.
– Надо убираться отсюда. Роща редкая, не укроешься.
Алексей поднялся, за ним последовал Виктор. Петляя между деревьями, они побежали на дальний конец рощи. Там, за ней, среди высокой травы была грунтовка. Снайперы побежали по ней, со все нарастающей тревогой в душе слыша, как сзади нарастает треск мотоциклетных моторов.
Алексей обернулся и увидел, что из-за рощи выезжают пять мотоциклов с колясками. На каждой коляске стоял ручной пулемет.
Беглецов заметили, и один пулеметчик дал очередь. Только на грунтовке мотоцикл трясет, и пули пролетели мимо.
– Стой! – скомандовал Алексей. – Бьем по пулеметчикам в коляске. По два выстрела – и ходу!
Снайперы остановились и вскинули винтовки. Бах! Бах!
Один пулеметчик выпал из коляски, другой уткнулся головой в пулемет. Куда попал Виктор, Алексей смотреть не стал.
Последний мотоцикл остановился, и пулеметчик дал длинную очередь. Убегать было глупо. Алексей прицелился и влепил немцу пулю в лицо.
Выстрелы смолкли.
Алексей повернулся к Виктору и вдруг увидел, что тот лежит в траве, раскинув руки. Поперек груди Субботина кровавой дорожкой пролегли несколько пулевых отверстий. Гимнастерка уже пропиталась кровью. С первого взгляда было ясно – наповал.
Треск мотоциклетных моторов приближался.
