Сибирская амазонка

 — Крепко мы кого-то, Алешка, разозлили, очень крепко! — Он повернулся к Сашке. — Ты давай-ка, братец, беги в станицу! Скажи бате, что дядька Иван велел на эту поляну выдвигаться. Только пусть со своими казачками поторопится, а то солнце скоро за полдень перевалит, а они все чухаются. Все равно ж теперь от облавы не отвертятся.

Сашка с готовностью кивнул в ответ и, мелькая пятками, быстро взбежал на ближний увал и скрылся за ним.

Сыщики проводили его взглядом.

— А тебе не кажется, что атаман намеренно тянет время? — спросил Алексей.

Иван не ответил. Он как раз нашел удобное место среди камней. Огромные валуны защищали сверху и со спины, но зато хорошо был виден увал, где только что скрылся Сашка и откуда должны появиться казаки во главе с Шаньшиным. Иван опустился на траву, Алексей пристроился рядом.

Вокруг было тихо. Все живое пыталось укрыться от жары в глубине таежной чащи. Маралы и косули поднимались в горах до самых снежников, где не свирепствовал гнус, а альпийские луга манили сочным разнотравьем.

Лишь жадные пауты и деловитые стрекозы бороздили воздух в поисках добычи, да журчала вода в ручье, но все более и более лениво, ленивее даже шелеста ветра, который вскоре совсем затих, притаился, видно, в густых кронах столетних кедров, окруживших тесной стеной поляну, на которой заняли позицию Алексей и Иван.

Алексей прислушался. Со стороны станицы тоже не доносилось ни звука: ни ржания лошадей, ни разговоров верховых…

И он решил повторить свой вопрос.

Но не успел. Теперь уже Иван слегка приподнялся со своего места и с досадой, сквозь зубы произнес:

— Ну, Никита! Ну, дает! Точно наскребет себе на шею неприятностей! — Он приподнялся на колени и вытянул шею, тщетно пытаясь рассмотреть среди деревьев хоть какое-то движение.

И в это мгновение над камнями огромной стрекозой скользнула стрела и вонзилась в ствол кедра-подростка, прикрывавшего их схоронку от постороннего взгляда.

Иван с размаху опустился задом на камни, охнул сердито, а Алексей протянул руку, вырвал стрелу и с недоумением уставился на нее. Она была совершенно черной, даже оперение ее явно было заимствовано у вороны или галки, в подобных тонкостях Алексей не разбирался.

— А вот тебе привет уже от ратников! — расплылся в радостной улыбке Иван.