Сибирская амазонка

Легко, словно спичечный коробок, она подхватила на плечо длинный серый ящик, обитый по углам железной полосой, и через мгновение грохнула его оземь у ног Ивана. Тот обмер. Крышка от удара отлетела в сторону, и взору Вавилова и близнецов предстали шесть артиллерийских снарядов, смазанных и уложенных в гнезда на подстилке из пакли. Один господь бог ведал, почему они не взорвались от удара, иначе от Ивана и близнецов даже подметок не осталось бы.

— От-ткуда э-то у вас? — Иван ткнул пальцем в сторону снарядов.

 — 3-з-а-ачем вы их ст-тащили?

Сашка пожал плечами и безмятежно улыбнулся.

— Да все Глаша… В станице у нас не получилось, так она здесь постаралась. Мы чесслово, дядька Иван, не просили об этом. — Он осуждающе посмотрел на полудикую девицу. — Теперя сама ящик таскать будешь…

— Ну уж нет, — рассердился Иван. — Никто этот ящик таскать не будет! Это очень опасно. Придется оставить его здесь и быстро уходить подобру-поздорову, пока ратники не очухались и не кинулись в погоню.

— Не-а! — помотал головой Сашка. — Не кинутся. Оне подумают, что вы сорвались с откоса и вода вас унесла. Человеку там не спуститься. А про Глашу оне не знают. То есть знают, конечно, — поправился Сашка, — не раз в лесу с ней встречались, только вряд ли догадаются, что она нам помогает.

— Но они не поверят, что я смог сам освободиться, тем более раздвинуть бревна.

— А это их дела, — расхохотался Сашка. — Все им заделье будет гадать, куда вы подевались. Евпраксия совсем озвереет.

И Родиону хорошенько попадет, только так ему и надо, злыдню, чтоб знал, как ухи зазря крутить. — И паренек с торжеством посмотрел в сторону скита, над мрачным частоколом которого растеклась по небу алая лента зари.

Весь путь до крепости они проделали с завязанными глазами. Командовал ратниками здоровенный детина с неестественно вывернутой ступней, и Алексей решил, что это, видимо, и есть Родион, брат Евпраксии. Он был хмур и неразговорчив, но его приказы выполнялись беспрекословно.

Стоило одному из ратников занести над головой Константина нагайку, чтобы заставить того идти быстрее, Родион лишь грозно посмотрел на него, и тот тут же вернул ее за опояску.

Их связали одним волосяным арканом. Жесткая петля натирала шею, но с ее помощью ратники управляли движением, не позволяя пленникам убыстрить или замедлить шаг. Руки им завели назад и обмотали сыромятной веревкой, которую приторочили к седлу.