Сибирская Вандея
0 прочтений
– Я ж упреждал… Ну, спаси те бог, господин Рагозин… уважил народ, прямо скажем – во, как уважил! А вы, – Иннокентий Харлампиевич строго посмотрел на дубровинского лавочника и разжалованного псаломщика, – ты, Горбылин, и ты, Груздев, – «боязно!» – И еще раз передразнил: – «Боязно!» Прадеды наши, борясь с супостатом-антихристом, огненное крещение принимали, на дыбу шли, им не боязно было? А я намедни скрозь саму что ни на есть коммунию, с Кривощекова в Колыван два ящика винтовок провез – мне не боязно?… А Селянин, который баржу с хлебушком стережет, – ему не боязно? Все мы на порохе сидим и за народ муки принять готовы, нам как?… «Боязно» ему, вишь! Пошто веру страмите, Груздев и Горбылин?! За отступничество, сами знаете, поди, – иудина казнь, на осине.
Груздев встал и смиренно поклонился:
– Простите, Иннокентий Харлампиевич… И вы все, земляки, простите за искушение… бес попутал. Сделаю, все сделаю, как велено: отвезу ружья и раздам кому приказано…
Горбылин тоже поднялся.
– А ты? Сполнишь, что ли? – жестко спросил Седых.
– Сполню. Извиняйте… Гордыня обуяла.
Иннокентий Харлампиевич вдруг бухнулся перед Галаганом на колени.
– Прости и ты нас, господин Рагозин… Серость наша, скудны умишком.
Галагану этот спектакль понравился. Бросился к Иннокентию Харлампиевичу, поднял с полу, усадил старика на табуретку:
– Что вы, что вы, господин Седых!.. Разве можно обижаться на проверку святым именем христовым!.. Мы – не коммунисты, а русские люди, пожалуйста, не извиняйтесь… А теперь перейдем к затонским делам.
– Ничего… способный мужик. И – верный.
– Создана ли в затоне наша группа, кто вошел в нее, есть ли список коммунистов и список наших людей?
– Слабая… наших всего пятеро насобирал Пономарев, а коммунистов и сочувствующих – пруд пруди! Шибко сильная ячейка у них. Народ известный – водяные жители, вольница Чека в затоне появилась; своя, затонская… Вот списки.
– Да… маловато, маловато наших… Придется с затонскими поработать. Вы передали Пономареву мой наказ: беречь пароходы?
– Дык… что ж? Передал. Сказывал, мол, ремонтируем в лучшем виде, однако на Чеку жалился – всюду свой нос сует.
– Ничего, прищемим нос… А вы, есаул, тоже повидались с инженером Пономаревым? – Галаган перевел взгляд на безучастно сидевшего Самсонова. «Пьян, скотина!» – подумал Галаган.