Сиделка

— И слуги это подтвердят?

— Естественно. К чему ты клонишь, Эрикен? Хочешь обвинить меня в нападении на Горна? Но это абсурд! Зачем мне это нужно?

Штолле достал из нагрудного кармана платок и нервно вытер лоб.

— Мы опрашиваем всех родственников, Арнольд, — спокойно сказал Каллеман. — Ничего необычного в этом нет.

— В таком случае можете вычеркнуть меня из списка подозреваемых. Я весь день провел дома и не замешан ни в каких покушениях.

Штолле встал и распрямился. Даже его сутулая спина стала казаться ровной.

— Это просто глупо, подозревать меня в таком… в такой гнусной истории! — возмущенно заявил он. — Если тебе снова придет в голову вызвать меня на допрос, не трудись, Эрикен. Я не приду. Всего хорошего.

Штолле мазнул по мне взглядом, нахлобучил шляпу и торопливо покинул кабинет.

Каллеман молча уставился в одну точку. Брови его сошлись на переносице.

— Мне показалось, он чего-то испугался, милорд, — тихо заметила я.

— Жаль, что ты не слышала наш разговор.

— Слышала.

Каллеман криво усмехнулся.

— И почему я не удивлен? — пробормотал он. — Так что ты скажешь о Штолле?

— Не думаю, что именно он — тот, кто вам нужен. Но он что-то знает. По крайней мере, так кажется.

— Вот и мне так кажется, — задумчиво кивнул маг.

Он посмотрел мне в глаза и спросил:

— У тебя ведь есть дар, да, Кейт?

— Нет, милорд.

— Не лги. Есть. Только я никак не могу понять, какой.

— У меня нет магии, милорд, это совершенно точно.

— Магии нет, а дар есть, — медленно произнес Каллеман.

 — Как такое возможно? — он снова закурил и продолжил: — Я долго наблюдал за тобой. Ты необычна, Кэтрин. Ты не похожа на простолюдинку. В тебе есть достоинство и честь, присущие лишь свободным людям. Ты не умеешь кланяться и унижаться.

— Это плохо?

— Смотря в какой ситуации. И, сдается мне, ты очень многое скрываешь.

— Вы ошибаетесь, милорд.

— Ладно, иди работай, — махнул рукой маг. Пепел с сигареты упал на темную поверхность столешницы.

Я выровняла разложенные по двум стопкам папки, поднялась и направилась к выходу.

— Доброго дня, милорд.

— Иди уже, — буркнул Каллеман. Он снова закурил, глядя в расписанное морозными узорами окно. — И поешь чего-нибудь, что ли, — недовольно добавил он. — А то скоро ветром унесет.

— Слушаюсь, милорд, — скрыв иронию, ответила я и протянула руку, чтобы открыть дверь, но та неожиданно распахнулась, и в кабинет вошел немолодой военный.

— Лорд Командующий! — чуть запыхавшись, обратился он к Каллеману.