Сиделка

— Я могу идти?

Мне надоело наблюдать за бесконечным мельтешением и хотелось поскорее заняться приготовлением отвара.

— Подожди, — Каллеман поднял с кресла небольшую кожаную сумку и протянул ее мне. — Тут все, что ты просила, — пояснил он.

Я заглянула внутрь. Бутылки с апесом, обеззараживающая настойка, жаропонижающее, бинты, корпия, салфетки, набор инструментов, дренажи.

— Если нужно что-то еще, только скажи.

Каллеман смотрел на меня с ожиданием.

— Самое главное вы достали, — я прижала к груди шкатулку с жвальником.

 — Я пойду, милорд. Приготовлю отвар для лорда Горна.

— Хорошо, — кивнул маг. — Иди.

Я уже подходила к двери, когда услышала:

— Кэтрин!

— Да, милорд?

Мне пришлось обернуться.

— Почему ты обманула графа?

— О чем вы, милорд?

— О твоей внешности. Зачем ты солгала?

Каллеман уставился на меня странно задумчивым взглядом."

"— Не хочу, чтобы лорд Горн еще больше чувствовал свою ущербность. Ему было бы неприятно, знай он, что его немощь видит симпатичная девушка. Поэтому прошу вас, милорд, не разубеждайте своего друга.

— Ладно, иди, — махнул рукой Каллеман.

Я положила в сумку шкатулку и направилась к двери. Правда, на пороге не выдержала и обернулась.

— Можно спросить, милорд?

Каллеман нахмурился.

— Что ты хочешь узнать? — уточнил он.

— Кто совершил покушение на лорда Горна?

С самого первого дня мне не давал покоя этот вопрос. И я очень надеялась, что маг на него ответит.

— Тебя это не касается, — резко произнес Каллеман. Он отвернулся и вновь потер бровь указательным пальцем.

 — И вообще, с чего ты решила, что это было покушение?

— Характер ран, милорд. Понятно же, что графа пытались убить.

— Понимала бы что, — тихо пробормотал Каллеман. — Иди, занимайся своим делом и не лезь туда, куда не просят.

Он подошел к окну и достал из кармана портсигар. Я видела, как маг вытащил тонкую сигарету, чиркнул стором, прикурил, глубоко затянулся. По комнате поплыл горьковатый аромат. В памяти возникло схожее воспоминание. Темное помещение, круг света от настольной лампы, глубокие кожаные кресла, высокие книжные шкафы.

И мужское лицо, скрытое легкой сигаретной дымкой. Я видела только тонкие губы и крупный квадратный подбородок с характерной ямочкой посередине. «Иди, — словно наяву послышался хриплый прокуренный голос. — Даю тебе три дня. Ты должна вернуть эти деньги».

Я вздрогнула. Проклятье! В последнее время воспоминания возвращаются все чаще. Причем в самый неподходящий момент.