Сиделка

— Отпустите, — буркнула я, выбираясь из его объятий. — И вообще, вам лучше лечь. Иначе кровотечение откроется.

— Значит, говоришь, уродина? — словно не слыша меня, задумчиво произнес Горн.

— Лягте, милорд.

— А это даже забавно, — хмыкнул граф. — Теперь матушка убеждена, что слухи о моей близкой кончине сильно преувеличены.

— Если вы сейчас же не ляжете, эти слухи станут реальностью, — сердито фыркнула я.

Поганец! Выставил меня девицей легкого поведения и доволен!

— Ладно, уймись, — усмехнулся больной.

Ага. Как геройствовать, так сам, а теперь на жалость давит…

Я уложила Горна, подоткнула подушки и напоила его отваром.

— Желаете что-нибудь еще, милорд?

Мне с трудом удалось сдержать сарказм.

— Сходи к Каллеману, скажи, пусть зайдет.

— Один? Или с вашей матушкой?

— Один. И принеси мне зеленых яблок.

Ничего себе! Неужели к графу возвращается аппетит? Это хорошая новость. Нет. Это просто чудесная новость! Ради нее я даже его недавнее нахальство готова забыть!

— Слушаюсь, милорд.

Я кинула на своего пациента довольный взгляд и отправилась выполнять поручение.

* * *Каллемана с графиней я застала в гостиной за тихой беседой.

Они сидели в креслах, маг что-то говорил, леди Горн слушала и задумчиво кивала, а потом до меня донесся ее вопрос:

— Эрикен, может быть, ты проведешь Хьюго в замок?

— Боюсь, Дерек будет против, миледи, — покачал головой Каллеман. Выглядел он серьезным и озабоченным. Мне порой казалось, что маг совсем разучился улыбаться.

В этот момент он повернулся и увидел меня.

— Чего тебе, Кэтрин?

Каллеман уставился напряженным взглядом.

— Лорд Горн просил вас зайти, милорд.

— Одного?

— Да, милорд.

Женщина едва заметно нахмурилась, и маг тут же поторопился ее успокоить:

— Леди Камилла, это ничего не значит. Я уверен, Дерек обязательно захочет с вами увидеться. Дайте ему немного времени.

— Иди, Эрик, — не отвечая на его слова, грустно улыбнулась леди Горн. — Не заставляй моего сына ждать.

Я посторонилась, пропуская Каллемана, и собиралась выйти вслед за ним, но графиня неожиданно окликнула меня:

— Кэтрин, ты не могла бы остаться ненадолго?

— Да, миледи.

Я чуть склонила голову, с непроизвольным интересом разглядывая подол элегантного серого платья графини, тонкие шелковые чулки, остроносые туфли на небольшом каблучке.

— Подойди ко мне, — приказала леди Горн. Голос ее звучал тихо, но в его интонациях мне почудилось напряжение.