Но странное дело: стоило сказать их Камерону Крю, практически незнакомцу, как это принесло ей невероятное облегчение.
– Сочувствую. – Камерон чуть сжал ее руку. – Как его имя?
– Николас. Он погиб в автомобильной катастрофе.
– Когда?
– Шесть недель назад.
Камерон не смог скрыть потрясения:
– Шесть недель… Боже, Трейси, какой ужас! Это ведь было совсем недавно!.."
"Трейси непонимающе взглянула на него: разве это произошло недавно? Ей казалось, что прошла целая жизнь, целая вечность, полная утраты.
«Нет, сын не умер: не было никакого несчастного случая. Это убийство. Алтея, кем бы она ни была, убийца моего сына».
Ее лицо будто застыло.
– Знаете, вам не нужно здесь находиться и тем более работать, – сказал Камерон. – Вы должны прийти в себя. Шесть недель – это так мало. За это время невозможно осознать произошедшее, не говоря уж о том, чтобы принять и примириться с горем.
Трейси безжизненно произнесла:
– Если не буду работать, я умру.
Камерон кивнул, потому что понимал это как никто другой.
Это неконструктивно, но все равно понятно. Необходимость отвлечься, заняться чем угодно, лишь бы заглушить боль.
– Знаете, я тоже потерял сына, – проговорил он тихо. – Маркуса. Ему было четырнадцать.
– Знаю. Они с Ником были одного возраста. Лейкемия. Ваш фонд сделал крупные пожертвования в исследования по изучению рака и в развитие лечения с использованием стволовых клеток.
«Цитирует мое досье, – понял Камерон. – Бедняга. Такое впечатление, что она в трансе».
Он и сам пребывал в таком состоянии несколько месяцев.
– Да, верно, – произнес он спокойно. – Маркус долго болел. Это было тяжело, но у нас с женой было время, чтобы… подготовиться. Теперь я благодарен за это Господу. Не уверен, что смог бы справиться, если бы это случилось внезапно. Как с вами…
– Как вам удалось? – неожиданно для себя спросила Трейси.
Камерон казался ей таким спокойным, таким собранным, совсем непохожим на нее. Может, есть какой-то фокус, какой-то путь, который она упустила? Он быстро избавил ее от иллюзий:
– Очень плохо.
Мы с Шарлоттой старались справляться вместе, но горевали так по-разному! Ей нужно было говорить. Мне – работать.
«Как и мне».
– Я знаю, что это звучит глупо, но каждый раз, когда я видел ее лицо, оно напоминало мне о Маркусе, – добавил Камерон. – Я не смог это пережить.
Трейси подумала о Джефе, о том, насколько Ник был на него похож.
