Онлайн-библиотека книг
В точности как Ева винила змея, когда загрязнила мир своим грехом! Каким же глупцом она его считает! Или думает, что ФБР не проверило Мерривейла вместе с остальными служащими «Кворума»?
– Со мной эти игры не проходят, миссис Брукштайн. Мне нужны номера счетов.
Грейс уже хотела объясниться, но вдруг подумала: «Какой смысл? Он не станет слушать, этот безумец. Если кто-то и нуждается в лечении, так это он».
– Хотите заполучить еще больше? – Гэвина буквально трясло от ярости. – Так вот, вы ничего не получите.
Грейс поискала глазами сестру, но той не было в палате.
«Мы одни с этим психом».
– Никакой апелляции. Никакой амнистии. Либо лечебница, либо вы умрете в этой тюрьме. Умрете! Немедленно назовите номера счетов.
– Я уже говорила. Я ничего не знаю.
Измученная Грейс упала на подушки. Сознание медленно уплывало. Сон окутывал ее.
Гэвин увидел, как ее глаза коротко блеснули, прежде чем закрыться.
«Какая тонкая шея! Такая хрупкая! Как ивовая веточка! Я мог бы протянуть руки и сломать ее.
В палате не было других пациентов. Сестра вышла. Он и Грейс остались наедине.
«Никто не узнает. Я могу сделать это за одно мгновение. Уничтожить порок. Очистить преступницу от греха». Уильямс словно в трансе вытянул руку, сжимая и разжимая длинные костлявые пальцы. Воображая, как горло Грейси сминается под его пальцами. И почувствовал, как растет возбуждение.
– Я знаю, о чем вы думаете.
Голос сестры заставил его подскочить на стуле.
– Ваши пальцы. Я знаю, о чем вы думаете.
Гэвин молчал.
– Вы – заядлый курильщик, верно? Со мной было то же самое, когда я бросила. Никогда не перестаешь думать об этом, верно? Ни на минуту.
До Гэвина не сразу дошел смысл ее слов.
«Она считает, что я держу воображаемую сигарету!»
Словно он, Гэвин Уильямс, так слаб, чтобы поддаться низменному пристрастию!
– Вы совершенно правы – никогда, – с улыбкой ответил он.
– Поверьте, я так вас понимаю! – чирикала сестра. – Все равно как не можешь почесать там, где чешется. Если вам невмоготу, можете выйти во двор.
Уильямс осторожно вытащил из пальцев Грейс листок с логотипом швейцарского банка.
– Спасибо. Я потерплю.
Но он солгал. Терпеть не было сил. Мало того, он был в отчаянии."
"Через две недели Грейс возвратили в ту же камеру.
