Ни одна из женщин не решалась заговорить. Минуту спустя Анна взяла себя в руки.
– Слушай, я благодарю тебя за советы, правда. Спасибо за поддержку, ведь ты изменила мою жизнь. Но тебе совсем не обязательно говорить о моем муже с такой ненавистью, словно он насолил лично тебе. Он не совершил ничего дурного – всего лишь прислал подарок.
– Это не просто подарок. Это напоминание. Он пытается тобой манипулировать. Спроси себя, доколе ты будешь оставаться слепой и наивной.
– Доколе я буду оставаться слепой? – У Анны выступили слезы.
– А как насчет тебя? Как долго была слепой ты в своем браке? Ты что, на самом деле не знала, что у твоего мужа любовница?
Никки застыла. Ей казалось, что она получила пощечину, а весь разговор не более чем дурной сон.
– От кого ты узнала? – хрипло спросила она.
– Думаю, тебе лучше уйти, – тихо, но твердо произнесла Анна, не собираясь отвечать на вопрос и давая понять, что разговор окончен.
– Что ж, я уйду. – Надтреснутый голос Никки звучал холодно, словно ей в горло влили жидкий азот.
Анна молчала.
Выходя из гримерки, Никки обернулась:
– Однажды он тебя убьет, и ты это знаешь. За неповиновение.
Анна всхлипнула.
Дверь захлопнулась.
Никки пробиралась сквозь пробки, но едва ли замечала, как нажимает на педали и крутит руль, испытывая сложную гамму эмоций – жалость к себе, стыд, гнев, сожаление.
Последней фразой миссис Робертс напугала Анну, но она не преувеличивала. Они обе знали, что означают романтические жесты, когда их совершают жестокие мужчины, склонные к крайней степени контроля.
Однако Никки вела себя уже не как психотерапевт, нет! А как близкая подруга. Как любовница. Как мать. Анну напугал ее нажим.
Не стоило говорить с ней таким тоном."
"«Дело совсем не в терапии, и мы обе это знаем».
Никки с ужасом подумала, что Анна говорит о ее чувствах, но речь шла совсем о другом. Анна знала об изменах Дугласа. Но как и когда она получила эту информацию? Кроме Гретхен и Хеддона Дефо, Никки ни с кем не делилась.
Дурнота усиливалась. Никки тупо смотрела в окно машины на толпившихся на тротуаре бездомных.
У одного из них был пустой взгляд наркомана, но Никки не испытывала никакого сочувствия к опустившемуся человеку, которое испытывала всегда к пациентам Дугласа. Как будто смерть мужа рядом с русской любовницей уничтожила какую-то светлую частичку ее души.
Возможно, эта пустота внутри преходяща? Настанет ли еще время, когда она будет ощущать душевный трепет и тепло?
Доброту. Нежность. Любовь. Заботу.
