Сияющая цитадель

Конечно же, поначалу не принял он в расчет слепого повиновения своих подданных, когда повелел им уделять все свое внимание кинезганским женщинам. Однако же когда увидел он, что избранная его раса вымирает, то изменил естественный ход вещей, и престарелые женщины киргаев вновь стали плодными — хотя и по большей части умирали во время родов. Тем не менее, так народ киргаев продолжился и существует поныне.

— Экая жалость, — пробормотал Оскайн.

— Ведая, однако, что число его почитателей сократилось и что стирикское проклятие заключило их в пределах бесплодной их родины, стремился Киргон оберечь свой народ.

Кинезганцам велено было всячески крепить и распространять среди прочих народов Империи убеждение, будто бы киргаев не существует более, и сам зловещий город Кирга был сокрыт от глаз людских.

— Так же, как сокрыт Дэльфиус? — спросил Вэнион.

— О нет, мой лорд. Мы действуем более тонко, нежели Киргон. Мы скрываем Дэльфиус, сбивая случайных путников с пути. Киргон же скрывает Киргу в нагорьях, в самом сердце Кинезги, с помощью чар.

Можно проехать сии нагорья из конца в конец и многократно миновать Киргу, но так и не узреть ее воочию.

— Город-невидимка? — недоверчиво спросил Телэн.

— Киргаи видят его, — отвечала дэльфийка, — и, когда сие им желаемо, кинезганцы, верные их клевреты, видят его также. Для всех прочих Кирга остается незримой.

— Такая невидимость имеет огромные тактические преимущества, — профессиональным тоном заметил Бевьер. — У киргаев есть абсолютно безопасная крепость, где они всегда могут укрыться в случае поражения.

— Преимущество сие, однако, весьма сомнительно, — указала Ксанетия. — Киргаям вольно грабить и разорять Кинезгу, что и без того принадлежит им, да к тому же суха и бесплодна; однако не в силах они пересечь границы своих родных мест. Заверяю вас, проклятие стириков действенно до сих пор. Порою короли киргаев желают проверить, так ли это. Тогда престарелых воинов приводят к границе и велят им идти вперед. Они испускают дух на ходу, покорно шагая через незримую черту.

Сарабиан взглянул на нее, хитро прищурясь.

— Молю, анара, просвети меня в сем деле. Говорила ты, что кинезганцы якобы поныне верные клевреты киргаев.

— Так оно и есть, ваше величество.

— Все, кто ни обладает властью в Кинезге, император Сарабиан.

— Король? Правительство? Армия? Она кивнула.

— И их послы? — добавил Оскайн.

— Неплохо, Оскайн, — пробормотал Итайн, — очень даже неплохо.

— Что-то я их не понимаю, — признался Улаф.