Сияющая цитадель

— Не очень много, — решил он. — Я не стану намекать, что ты жульничаешь, но… — Улаф выразительно развел руками.

— Ты собираешься опять играть со временем, я правильно понял? — спросил у Флейты Спархок. Она покачала головой.

— На это есть свои ограничения, Спархок. Нам нужно нечто более доступное. Корабль, который ожидает нас, несколько необычный. Я не хочу, чтобы кто-нибудь из вас интересовался, из чего он сделан и почему он движется. Вы не сможете общаться с командой, потому что они не говорят на вашем языке.

И вообще, они не совсем люди.

— Колдовство? — подозрительно спросил Бевьер.

Она погладила его по щеке.

— Я отвечу на твой вопрос, дорогой Бевьер, как только ты предложишь мне определение колдовства, которое не оскорбит моих чувств.

— И что ты собираешься делать, Афраэль? — с подозрением осведомилась Сефрения. — Не забывай о правилах.

— Другая сторона нарушает правила направо и налево, дорогая сестра, — легкомысленно ответила Афраэль. — Путешествия в прошлое были запрещены почти с самого начала.

— А ты была в будущем? — спросил ее Халэд. — Люди постоянно усовершенствуют корабли. Так ты отправилась в будущее и принесла оттуда еще не изобретенный корабль?

— Хм, интересная идея, Халэд, но я не знаю, куда отправляться. Будущее еще не произошло, так что где — или когда — я могу найти нужный корабль? Я была в другом месте.

— Что ты подразумеваешь под «другим местом»?

— Наш мир — не единственный, Халэд, — загадочно ответила она и скорчила гримаску. — Ты не поверишь, сколько сложных переговоров понадобилось для того, чтобы добыть этот корабль.

Элана и Сарабиан поднялись на вершину донжона мерцающего замка, якобы для того, чтобы полюбоваться закатом. Хотя замок целиком и полностью находился в руках эленийцев, в нем оставалось достаточно тамульцев, чтобы искать уединения, когда нужно поговорить о вещах, не предназначенных для чужих ушей.

— Все сводится к вопросу о власти, Сарабиан, — задумчиво говорила Элана императору. — Сам факт ее существования есть средоточие всей нашей жизни.

Мы можем взять ее в свои руки либо не брать и оставить все как есть, но если бросить власть без присмотра, можешь быть уверен, что ее непременно подберет кто-то другой. — Она говорила негромко, и ее бледное юное лицо было почти мрачным.

— Ты нынче в меланхолическом настроении, Элана, — заметил Сарабиан.

— Я не люблю расставаться со Спархоком. Мы досыта нахлебались разлуки, когда Алдреас отправил его в изгнание.