Сияющая цитадель

Келтэн и Сарабиан уже стояли на восточной стороне донжона, поверх укреплений глядя на огни, струившиеся цепочками в воде на востоке.

— Кто бы это мог быть, по-вашему? — спросил Спархок, присоединяясь к друзьям.

— Не имеем ни малейшего понятия, — отозвался Келтэн.

— Может быть, это тамульский флот? — спросила Элана у императора.

— Возможно, — ответил он, — но, если это так, он выполняет не мой приказ.

Спархок отступил на несколько шагов.

— Что это за корабли? — шепотом спросил он у дочери.

— А вот и не скажу, дорогуша, — ехидно улыбнулась она.

— Прекрати. Я должен знать, кто это.

— Узнаешь через… — она прищурилась, глядя на цепочки огней на востоке, — через пару часов, я полагаю.

— Я хочу знать, кто это, — не отступал он.

— Да, я понимаю, но хотеть — не всегда значит получить, отец, а я тебе ничегошеньки не скажу.

— О Боже! — простонал он.

— Да? — невинно отозвалась Даная. — Слушаю тебя.

Рассвет был ржаво-красным, безветренным. Дым из труб огнеглавого Материона неподвижно висел в воздухе, затуманивая свет, исходивший с востока.

Приближавшиеся суда были явно камморийской постройки, но с некоторыми изменениями. Вдоль бортов прибавились ряды весел.

— Кто-то очень торопился попасть сюда, — заметил Улаф. — Камморийское судно при попутном ветре делает по тридцать лиг в день, а если добавить весла, выходит до пятидесяти.

— Сколько там кораблей? — спросил Келтэн, щурясь и разглядывая приближающийся флот.

— По-моему, около сотни, — ответил рослый талесиец.

— На ста судах можно перевезти много народа, — заметил Сарабиан.

— Достаточно, чтобы было о чем тревожиться, ваше величество, — согласился Вэнион.

Однако когда корабли приблизились к гавани, на мачтах развернулись красно-золотые стяги Церкви, и, когда флагман подошел ближе, Спархок разглядел на носу корабля две знакомые фигуры. Один из прибывших был плечист, с круглым лицом и могучей грудью. Он радостно ухмылялся до ушей.

— Что это вас задержало? — прокричал Улаф через воду, отделявшую корабль от берега.

— Классовые предрассудки! — крикнул в ответ Тиниен. — Рыцари считаются благородными господами, а потому возражали против того, чтобы становиться гребцами!

— Ты посадил рыцарей на весла?! — ошеломленно воскликнул Вэнион.

— Это просто новое физическое упражнение, лорд Вэнион! — отозвался патриарх Эмбан.