Сияющая цитадель

 — Сам ты с легкостью можешь двигаться в сем застывшем безвременье, однако, дабы сдвинуть с места иной предмет, пришлось бы тебе сдвинуть всю вселенную.

— Да уж вижу, — мрачно сказал Спархок. — Значит, мы не сможем рубить деревья и строить форты.

— Ужели сии сооружения столь важны для тебя? Или это некий неведомый мне обычай?

— Нет, Голубая Роза. Намерены мы воздвигнуть препятствия на пути троллей, дабы не могли они напасть на наших друзей атанов.

— Не сочтешь ли ты себя оскорбленным, ежели выскажу я предложение?

Улаф взглянул на Тиниена острым взглядом.

— Ты что, тайком беседовал с этим несчастным камушком? — укоризненно осведомился он.

— Очень смешно, Улаф, — кисло отозвался Тиниен.

— Сего я не понял, — в голосе Вэниона прозвучал легкий холодок.

— Эти двое ведут бесконечный спор, Голубая Роза, — пояснил Спархок, одарив приятелей суровым взглядом. — Спор сей достиг уже столь туманной точки, что сам смысл его для прочих непостижим. С радостью внемлю я твоему предложению, друг мой.

— Так ли необходимо убивать троллей, Анакха? Если никоим образом не смогут они попасть в земли друзей твоих, нужно ли тебе будет убивать их?

— Воистину, Голубая Роза, предпочли бы мы не причинять вреда троллям. Когда Тролли-Боги вырвут их из-под власти Киргона, станут они нашими союзниками.

— Не оскорбит ли тебя, ежели воздвигну я пред ними препятствие, для них неодолимое?

— Ни в малейшей степени, Голубая Роза. Напротив, всем сердцем мы возблагодарим тебя.

— Отправимся же в Атан, и я совершу сие. Не желал бы я никого и ничто уничтожать бессмысленно. Дитя мое придет мне на помощь, и вдвоем с нею преградим мы троллям дальнейший путь на юг.

— Так у тебя тоже есть дочь, Голубая Роза? — спросил потрясенный Спархок.

— Миллионы дочерей у меня, Анакха, и каждая дорога мне так же, как дорого тебе твое дитя. Поспешим же в Атан, дабы прекратилось кровопролитие!

Северный Атан порос густыми лесами, но дальше к югу тянулись высокие скалистые горы.

На севере горы еще в незапамятные времена были перемолоты сползавшими ледниками, и теперь северное побережье Дарезии пологими уступами спускалось к Северному морю, где царил вечный лед, прикрывавший макушку земли. Спархок быстро огляделся. Беллиом, отвечая на его невысказанную просьбу, перенес в этот северный лес только воинов. Потом это вызовет немало споров, ну да ничего не поделаешь.

— Энгесса-атан! — Голос Вэниона прозвучал сухо и властно.