Сияние Хаоса

Пару раз заходил Дорин, приносил покрывало и поднос с едой, к которой я так и не прикоснулась. Все произошедшее как-то не складывалось в моей гудящей голове. И когда вернулся граф, я тоже никак не отреагировала.

– Ваша Светлость, – тихо позвал он меня, стоя возле двери и не решаясь зайти дальше, – я... я вернулся. Говорил с королем. Он дал разрешение на обряд. Еще я сказал, что должен поскорей вернуться в графство из-за волнений на южном побережье, поэтому... Ритуал состоится завтра на рассвете. А праздник вы сможете устроить уже там.

.. кхм... в моем... в нашем поместье.

Праздник. При слове праздник меня начало немного тошнить. Учитывая, что до этого мне было вообще никак, намечался прогресс. Я так и не обернулась, продолжая смотреть в одну точку, а граф, не получив никакого ответа, тихо вздохнул и бесшумно вышел. Я не знаю, что мне делать. В моих книгах не писали, что должна ответить герцогиня, когда в нее пытается выстрелить собственный отец.

Наверное, граф плохо прикрыл дверь, потому что я услышала обрывок его разговора в коридоре.

Вероятно, к нему подошел герцог.

– Поговорил? – мрачно спросил отец.

– Поговорил. – глухо ответил граф. – Ритуал состоится завтра на рассвете. После него мы уедем.

– И он вот так просто тебе это позволил?

– Не совсем. Сначала сказал про неравное положение, потом про возраст герцогини. Но он действительно мне должен за битву на острове Сеху, а насчет возраста... Я напомнил ему, в каком возрасте прошла обряд сестра его деда.

Возраст... Обряд Единения – это не брак, а ритуал соединения судеб перед ликом Единого.

Нерушимое обещание двух людей стать семьей, когда настанет время. Это больше, чем помолвка, но меньше, чем брак. И это означает, что через четыре года мы станем мужем и женой.

– Названная сестра. – поправил его герцог. - И это была принцесса для политического брака. Вынужденная мера в военное время.

– Да плевать я хотел. Прецедент был? Был. Значит, можно. А еще король дает за ней приданое.

– Вот и радуйся, потому что я и медяка не дам.

То, что ты делаешь – это преступление. И, когда правда всплывет, весь твой род предадут анафеме и сожгут вместе с крепостью и слугами. Как и мой.

– Мы столько воин прошли вместе. Если не сражаться за своих детей, то ради чего еще? Когда вы успели стать таким трусом, Ваша Светлость? – тихо спросил граф, а потом я услышала удаляющийся звук его шагов. Похоже, ответа он дожидаться не стал. То ли смелый, то ли глупый – я не знаю. Закрыв глаза, я просто отрешилась от всего.