Я читал, что сны с падениями – это наиболее распространенное подсознательное выражение неуверенности в себе или в будущем. Игры. Это такие небольшие игры. Сознание на одной стороне разделенной сеткой площадки, подсознание – на другой. И они перебрасывают туда и обратно самые сумасбродные образы. То же самое относится к душевным расстройствам и предчувствиям. И скорее всего к прекогниции. Быть может, Дэнни действительно увидел кровь на стене президентского люкса. Для ребенка его возраста образ крови и концепция смерти легко подменяют друг друга.
Для детей образ вообще воспринимается легче, чем концепция или понятие. Уильям Карлос Уильямс понимал это лучше всех, потому что был не только поэтом, но и врачом-педиатром. Когда мы подрастаем, концепции, наоборот, становятся нам ближе и понятнее, и мы оставляем образы поэтам… Прости, я, наверное, очень сбивчиво объясняю.
– Мне нравится слушать твои объяснения. Даже сбивчивые.
– Она это сказала! Призываю всех в свидетели. Она признала мою мудрость!
– Но следы на шее, Джек.
Это же не из области подсознательного. Они реальны.
– Верно.
На какое-то время Джек замолчал. Уэнди уже решила, что он задремал, и сама начала постепенно погружаться в сон, когда он вдруг продолжил:
– Мне в голову приходят только два возможных объяснения. И ни одно из них не связано с присутствием в отеле кого-то еще.
– Каких же? – Она приподнялась на локте.
– Быть может, это стигматы, – сказал Джек.
– Стигматы? Это когда у некоторых людей выступает кровь в Страстную пятницу, или я путаю?
– Да.
Иногда у людей, глубоко верующих в божественное происхождение Христа и его распятие, в Страстную седмицу появляются кровавые отметины на руках и на ногах. Хотя это явление было более характерным для Средневековья. И по-моему, католическая церковь не спешила объявлять каждый такой случай чудом из чудес. Стигматы лишь немногим отличаются от тех вещей, которые умеют делать с собой те же йоги. И сейчас природа таких явлений стала более понятна, вот и все.
Люди, занимающиеся изучением взаимосвязей и взаимовлияний сознания и тела – хотя никто не претендует на полное понимание этого, – полагают, что мы в гораздо большей степени способны сознательно контролировать свои физиологические процессы, чем думаем. Ты, например, можешь уменьшить частоту своего сердцебиения, если сосредоточишь на этом мысли. Можешь ускорить собственный обмен веществ. Заставить себя обильно потеть. Или даже кровоточить.
