Сила рода

Медленно, перекашиваясь на один бок, подошел Мирт, подтянулся Атрей, Тимар…

Солдаты разумно не лезли вперед, понимая, что им и одного взмаха хвоста хватит. Но…

В проеме показалось нечто громадное…

Змей лично пролезать и не пытался. Хоть и строили с запасом, но Ирион с тех пор изрядно подрос на человеческой кровушке. И пролезть мог, только изрядно разнеся фундамент. А этого не хотела уже Алаис.

Мелькнули змеиные кольца в синей чешуе, а потом из провала начала подниматься женщина.

Целая и даже не особенно вымокшая…

Сейчас удержать Луиса не смог бы никто.

Мужчина бросился вперед, подхватил жену на руки и так крепко прижал к себе, что она даже пискнуть не смогла. Куда уж там! Весь воздух выбило!

По деликатности Ирион мог бы дать сто очков вперед Луису Даверту.

Змеиное тело мелькнуло еще раз – и ушло на глубину. Шум стих, медленно повернулась обратно плита.

И только тогда люди отмерли, бросились вперед, заговорили, затормошили… Алаис терпела минут пять, молча, не отвечая никому (а как тут ответишь?), а потом рявкнула от души:

Получилось очень убедительно.

– Господа, все закончилось. Ирион не возражает против нашего присутствия, коронацию обговорим потом, позднее, а сейчас предлагаю покинуть подземелье. Никто не против?

Против оказались все. Даже солдаты. Ибо был реальный шанс помереть от любопытства, не успев вернуться. А потому…

– Алекс… Алаис, – поправился Эттан на правах самого хищного и наглого, – давай сейчас в двух словах, а наверху уже обговорим все подробно.

– Мертв. Водоворот свое не отпускает. Меня спасла Маритани… сама, правда, ушла.

– Как? – искренне удивился Мирт. – Она же богиня?

– Даже у богов силы не беспредельны. Она не насовсем, она еще вернется, но это – потом, позднее. Десять лет? Двадцать лет? Не знаю. Но сейчас я ей благодарна.

Луис зарылся лицом в волосы жены. И поэтому его голос прозвучал несколько глухо:

– Может, ей что-то надо? Помощь?

– Узнаем в храме Моря. Она задержала мое падение, и я смогла встретиться с Ирионом.

– Да. Если кратко – Ирион не может без Короля. Ему от этого плохо, больно… он бесился. Представляете – одиночество на три сотни лет?

Мужчины не представляли, но покивали, и Алаис продолжила:

– Я несу в себе кровь Королей…

– Луис рассказал, – вставил свои пять медяков Атрей и покосился с обидой. Ему-то не сказали…

– И я, и он… а вместе наша кровь дала нового Короля.

Алаис демонстративно положила руку на живот.