Сила рода

– Мой… ваш винный погреб к вашим услугам, – на секунду запнулся герцог.

Луис и Алаис переглянулись. Это исправление говорило о многом. И что герцог – разумный человек, и что, может быть, удастся договориться миром. Но для этого стоило сделать шаг вперед и Луису.

И Алаис увидела, как расслабляются плечи хозяина замка Лаис.

Неужели возможны мирные переговоры? Ах, как бы хотелось…

Теперь в кабинете царило совсем другое настроение. Эдвард и Феликс взирали на гостей с опаской, и первым слово пришлось взять Луису.

– Ваша светлость, я рад, что замок и земли в руках достойного человека.

– Я не хочу их возвращать себе.

Алаис открыла рот. Вот уж чего она не ожидала. Да и Эдвард, и Феликс – тоже.

– Я твердо уверен. Я не хочу становиться герцогом. Раз уж так получилось, что я принял род, я несу за него ответственность. И я вижу, что вы на своем месте. Лаис ухожен, насколько это возможно, герцогство в хорошем состоянии… что еще надо? Вас любят люди, вы не дерете с них три шкуры…

Эдвард оперся руками на стол, закрыл ладонями лицо.

– Тьер Луис, сказанное… неожиданно.

Для Алаис это тоже было неожиданностью, но спорить она не собиралась. Ее-то дела Лаисов впрямую не касались.

Луис развел руками, словно говоря – неожиданность, но помочь ничем не могу.

– Должен признать, я никогда не надеялся услышать нечто подобное. – Эдуард потер руками виски, словно у него вдруг сильно заболела голова.

 – Знал, что мы просто местоблюстители, что рано или поздно явится законный герцог, но чтобы так? Звучит просто невероятно.

– Я думал о герцогском титуле и владениях, – так же честно признался Луис. – Но я не смогу… даже не так. Вас любят, вас признали, а я навсегда останусь чужаком и узурпатором. Призови я хоть пятьсот акул, это не спасет меня в людских глазах, любой мой приказ будет встречаться холодом и неприязнью, любые слова – с подозрением.

Я стану узником титула и земель. Я не хочу для себя такой судьбы. Безусловно, я смог бы и взять, и удержать, но ценой ненависти? Не хочу.

Алаис с уважением поглядела на мужчину.

Одно то, что он смог и осознать, и принять эти факты, уже говорило о его незаурядном уме. Как часто власть застит глаза людям?

Я, мне, меня, мое, ХОЧУ!!!

Особенно последнее, остервенелое и ненасытное. А остановиться и подумать – зачем? Нет, некогда.