Сила рода. Том 7

— В каком смысле? — не понял я.

— Ну, не форточник, — парень покрутил в воздухе рукой и кивнул на прислушивающихся к разговору мальчишек, — как они.

— С чего ты так решил? — уточнил я, не спеша отвечать на вопрос.

— Ну как, — парень оттянул ошейник и почесал грязную шею, — по-нашему понимаешь. И светляка на тебя тратить не надо.

— Ну да, — кивнул парень и подозрительно прищурился, — а ты точно из наших?

— Из наших, из наших, — я покивал головой. — Знаешь, как избавиться от этой. — я показал на ошейник, — фигни?

— Точно не наш, — долговязый переглянулся со своими дружками и покачал головой, — повезло тебе.

— Уверен? — я скептически посмотрел на собеседника.

— Форточников стараются не бить и их, бывает, выкупает представитель Цитадели, — терпеливо пояснил долговязый. — Ну а если нас поведут в Город, то есть шанс, что на тебя обратит взгляд Гладиатор или даже Шаман.

— Понятно, — я, честно говоря, мало, что понял, но суть уловил. — А вы?

— А нас продадут, — вздохнул парень. — И очень повезет если на каменоломню, а не какому-нибудь извращенцу.

— Вот как, — я оценивающе посмотрел на парней, которые не выглядели слабаками. — А если сбежать?

Один из парней хмыкнул, долговязый грустно улыбнулся, а вот мальчишки явно заинтересовались.

— Ты на ногах-то еле стоишь, — долговязый скептически посмотрел на меня. — А уже бежать собрался.

— Забудь, — к беседе подключился парень с длинным шрамом на правой руке, — пока на нас ошейники ничего не выйдет.

— Что, совсем никак?

— Это же магические ошейники, — долговязый покачал головой, — к тому…

Договорить он не успел, поскольку раздался резкий свист, и разбудивший меня шутник крикнул.

— Эй, новенький, а ну иди сюда!

Я сделал вид, что не услышал, но ошейник стиснул мою шею и чуть ли не поволок к шатру.

Клянусь, при первой же возможности я убью этих мерзавцев!

Стоило мне подойти к бедуинам, как шутник тут же приказал.

На колени? Я?! Да не в жизнь!

Ошейник, словно почувствовав мой настрой, стиснул горло, и я захрипел.

— На колени, я сказал!

К удушью ещё прибавилась сводящая мышцы боль.

Дико хотелось подчиниться и прекратить эту пытку, но я твердо решил — лучше умру, чем опущусь перед этими ублюдками на колени!

Можно было, конечно, подчиниться, изобразить покорность, а потом, выждав подходящий момент, ударить в спину, но… это был не мой путь.

Я скрипнул зубами, борясь одновременно с нехваткой воздуха, сводящей мышцы болью и желанием опуститься на колени.