Силиконовая надежда

Мы слишком много времени провели порознь, совершенно не знали друг друга, так о чем речь? Наверное, я сто раз не права и после всего, что сейчас узнала, должна бы быть благодарна, но… Он перестал быть моим отцом в тот день, когда уехал за границу и оставил нас здесь выживать. И я просто не могу теперь испытывать к нему какие-то чувства. Да, я благодарна за то, что он помог решить мои проблемы, за клинику – но и все. Я всегда была такой – наверное, черствой, неэмоциональной, слишком практичной.

Я просто не хотела плясать под чужую дудку, но это почему-то называется «трудным характером». Когда ты не позволяешь себя использовать, люди обижаются и стараются внушить тебе чувство вины. Я много раз такое видела…

Но мне стало чуть легче. Теперь моей глобальной проблемой стал брат. Вернее, его исчезновение. Телефон его больше не отвечал, и где его искать, я тоже не знала. Но теперь ему хотя бы ничего не угрожает – ну или не будет угрожать, если отец сдержит слово.

Анна

Второй раз я встретила Аделину в центре города. Это была тоже совершенно случайная встреча, которая, однако, изменила в моей жизни все. А было так.

Я находилась в том редком светлом промежутке, когда с утра уже не трясло, а вечер еще не наступил, и выпить пока было нечего. Я поехала в центр, так как получила зарплату и хотела купить что-нибудь из хороших продуктов. Как раз накануне я, еще не совсем набравшись, листала огромную красочную книгу о грузинской кухне, которую подарила мне как-то соседка по квартире.

Названия блюд завораживали, а картинки, казалось, источают ароматы приправ и мяса. И мне так захотелось попробовать приготовить хоть что-то по этим рецептам, хоть что-то самое простое, чтобы просто почувствовать, как это может быть не на картинке, а наяву. И вот я приехала в центр города, брела по улице, прикидывая, в какой супермаркет зайти без риска быть вышвырнутой, и вдруг увидела яркую витрину магазина, торговавшего принадлежностями для кухни. Увиденное поразило меня как молния, я остановилась и буквально прилипла к витрине, рассматривая выставленные миски, венчики, овощерезки и прочую утварь. Мне казалось, что в мире не существует ничего более прекрасного, чем вот это. Я забыла обо всем – о своей убогой комнатенке, о том, что мою полы и таскаю ведра с грязной водой, о том, что в моей жизни нет ничего, кроме водки.