Силиконовая надежда

Из обрывков разговоров Миши с кем-то, кого он называл «Дед», я вынесла информацию о том, что Гек должен кому-то крупную сумму денег, но причина вовсе не в этом, и долг его – чистой воды постановка, подстроенная для того, чтобы через Гека повлиять на какого-то другого человека. На кого конкретно – выяснить я пока не смогла, да мне и не особенно было интересно. Меня же Миша попросил втереться в доверие к Геку с единственной целью – иметь возможность доступа в его квартиру, приходить туда свободно, потому что подозрительный и запуганный Гек никого к себе не подпускал – только двух приятелей.

Наше знакомство было целиком срежиссировано Мишей, он продумал все до мелочей, вплоть до того, как я должна быть одета и как накрашена. Это сработало – Гек повелся, попросил мой номер телефона, позвонил. Мы стали встречаться, и буквально через пару недель Гек пригласил меня к себе. С тех пор у нас пропала необходимость выбираться куда-то, потому что Гек панически боялся людных мест, как, впрочем, и безлюдных тоже. Миша был очень мной доволен – от момента, когда я довольно мастерски разыграла свое падение в магазине прямо под ноги Геку, и до сегодняшнего дня я не совершила ни единой ошибки, ни единого прокола, не дала Геку ни малейшего повода подозревать меня в чем-то. Проблема заключалась только в том, что за это время я не продвинулась ни на йоту в том, чтобы понять, имеет ли Гек влияние на того мифического человека, который нужен Мише на самом деле.

Более того – я даже не поняла, кто этот человек вообще, а Миша, хоть и знал, не говорил, объяснив, что это не мое дело.

"

"– Прислушивайся ко всему, что он говорит, будь внимательна к мелочам, к телефонным разговорам, но особенно к воспоминаниям, – наставлял он меня всякий раз. – Пытайся как-то незаметно вывести его на эти воспоминания, сама что-то расскажи, глядишь, и он тебе в ответ что-то расскажет.

Я не понимала, как это может помочь, но не перечила Мише. Я давно приучила себя ни в чем ему не возражать, потому что он сделал для меня так много, как никто.

Он меня спас. И если бы не стечение обстоятельств, то и дальше продолжал бы поддерживать, и со мной не случилось бы всего того, через что мне пришлось пройти. Но я не винила его в этом – Миша не обязан посвящать мне свою жизнь, не обязан нести ответственность и вообще как-то заботиться, ведь мы, в сущности, чужие друг другу люди. Мы всего лишь жили в одной приемной семье – он и я.