Сильнее ветра 2. Горизонт свободы

 –  Мейсон попросил оставить вас наедине… Я не хотела, но он убедил…

– Поехали домой, – устало попросила я, не желая слушать конец их трагического разговора.

А то, что он был именно таким, я не сомневалась. Глаза подруги блестели от слёз. И как бы я её ни любила, сейчас я не была готова окунуться в чужую драму.

Стеф промолчала и отвернулась к окну.

А спустя тридцать рваных вздохов на телефон пришло оповещение: «Абонент «Чемпион» находится в сети». Крепче сжав мобильный, я зашла в переписку, в которой несколько месяцев назад я, не удержавшись, написала простое «привет».

А, не получив ответа, позвонила и наткнулась на голосовую почту. И если ещё пару часов назад две голубые галочки обрадовали бы меня до поросячьего визга, то сейчас, глядя на них, я не испытывала никаких положительный эмоций. Лишь вязкое, с кислым привкусом отчаяние. Спустя полгода Максвелл решил прочитать моё сообщение, которое больше не нуждалось в его комментариях.

Мне не просто плюнули в душу.

На меня вылили целое ведро вонючих слюней, и теперь мне придётся отмываться от них не один час и даже не один день.

Я прокрутила все моменты этой неожиданной встречи: безразличный взгляд, жестокие фразы, губы и руки на чужом женском теле. По новой распробовала едкий вкус унижения и без лишних сомнений нажала кнопку «удалить контакт».

Выполнив свою маленькую миссию, я перевела потерянный взгляд в окно, не испытывая никакого облегчения от сделанного.

И, смотря на сверкающие в ночи огни Чикаго, с горечью осознала, что голова – не карта памяти, и нажать в ней Delete будет совсем непросто.

Глава 6.

Максвелл.

Шестнадцать лет назад.

Закрыв дверь, я медленно поворачиваю ключ в замке и ещё целую минуту не дышу, прислушиваясь к звукам, доносящимся из кухни.

– Грёбаный урод, ты совсем ослеп?! Как ты подаёшь мяч, твою мать?! Его только безрукий не отобьёт! Проклятье!

Я быстро развязываю шнурки на кроссовках и, аккуратно сняв их, прижимаю к груди.

Не могу допустить, чтобы мои новые найки, подаренные Виктором, были обменяны на пару бутылок поганого бренди.

Делаю один короткий шаг и тут же застываю, испугавшись скрипнувшей половицы. Ожидаю услышать тяжёлые шаги и омерзительную отдышку, но ничего такого не происходит. Из кухни продолжает орать телевизор вперемешку с пьяными комментариями отца. Задерживаю дыхание и снова делаю шаг. Ещё один.