Если он не будет видеть охрану, то как сможет встречаться с Анной? Лишние глаза им не нужны.
«Черт с ними, потом придумаю что-то, сейчас главное – чтобы с Анной ничего не случилось», – подумал Зотов, согласно кивая.
– Все, Тимурчик, я поехал. А ты уж постарайся разобраться с бесстрашными и бессмертными, что пытаются дурь толкать на нашей территории, хорошо?
Но Тимур только отмахнулся, уже набрав чей-то номер и ожидая ответа.
Валерий оставил на столе несколько купюр, не обращая внимания на протестующий жест Сагитова, и вышел из ресторана.
Весна в этом году буквально обрушилась на город, мэрия опасалась паводков, так как снега за зиму нападало больше обычного. Вот и сейчас по дорогам бежали ручьи, перейти которые уже являлось проблемой – вода доходила почти до щиколотки.
Из-под колес его джипа летели брызги, Валерий старался по возможности сбрасывать скорость, если видел впереди пешеходов на тротуаре, но это мало спасало ситуацию.
На одном из перекрестков он увидел машину аварийной службы, откачивавшую воду из огромной лужи.
Это почему-то повернуло мысли Зотова к Саяне Угубешевой.
«Значит, дочку она дома заперла, никуда не выпускает, – барабаня пальцами по оплетке руля в ожидании зеленого сигнала светофора, думал он. – И Анне не позвонила ни разу, ничего не спросила. Неужели знает? Ну нет… не может быть, Саяна просто неприлично честная, если бы что-то узнала, сразу бы к Аньке кинулась за советом и за помощью. Нет, она тоже не в теме. А вот дочурку ее потрясти бы, раз уж Тимур в ее квартире кое-что нашел.
Только надо придумать, как именно. Меня Саяна на порог не пустит… не Аньку же просить, ей вообще знать пока ничего не надо».
В это время Анна стояла в больничном дворе, сжимая в руке телефон, и пыталась прийти в себя от только что состоявшегося разговора.
Позвонила дочь Анжелы Липской и срывающимся голосом сообщила, что мать сегодня утром попала в аварию и разбилась насмерть.
Анжела плохо водила машину, старалась не выезжать без водителя даже здесь, в небольшой Уйгууне с относительно спокойным траффиком, и вдруг садится за руль в Москве?
Анна пыталась узнать у плачущей девушки хоть какие-то подробности, но та не могла толком ничего объяснить, сказала только, что машину покорежило так, что тело Анжелы пришлось выпиливать из салона.
– Что мне теперь делать? – рыдала младшая Липская в трубку. – Я никого никогда не хоронила, я даже не знаю, куда идти и что говорить…
– Успокойся, Алина, – твердо сказала Анна, хотя самой тоже хотелось заплакать.
