Sindroma unicuma. Книга 2.

- Зачем? - повторила я и откусила от пампушки. Погоняла на языке нежнейшую грибную икру и с чувством прожевала.

- Послезавтра прием! - воскликнул с отчаянием Петя и посмотрел на меня умоляюще, точно в этой фразе заключалась вся его жизнь.

А мне-то какое дело? Сам кашу заварил, сам и ешь, - хотела я ответить, как вдруг краем глаза заметила, что чья-то рука придвигает стул от соседнего стола, и рядом усаживается Мэл. Тот самый, который Егор Мелёшин. Которого я меньше всего ожидала увидеть, сидя с набитым ртом в столовой.

Пампушка, не удержавшись в пальцах, ляпнулась в гуляш с соусом, забрызгавшим тарелки и поднос.

- Здравствуйте, Петр, - привстал Мэл, протянув руку чемпиону, и после рукопожатия развалился на стуле.

Схватив салфетку, я принялась судорожно вытирать соусные брызги со стола. В голове закружилась сумятица. Мэлу что-то понадобилось, неспроста он взялся за окучивание Пети. Например, устроит провокацию, чтобы... отомстить мне! Мэл опять раскрутит спортсмена на какую-нибудь аферу похлеще ""Инновации"" и немало посмеется над ним и заодно надо мной.

- Не помешал? - спросил вежливо Мэл у Пети, не обращая на меня внимания."

"Еще как помешал. Уж лучше отбиваться от робких атак чемпиона, чем сидеть рядом с Мэлом, почти вплотную, колено к колену, щекотать обоняние запахом туалетной воды и коситься с риском приобретения тяжелого косоглазия.

- Ни в коей мере, Егор, - ответил чинно мой парень. - Мы беседовали о приеме.

Ага, светски трепались о том, о сём. Сгоряча я хотела нагрубить Мэлу, но вспомнила, что благодаря ему получила незаслуженный зачет за исследовательскую работу, и решила избрать тактику молчания, отвернувшись к колонне.

Вид-то сделала, но легче не стало. Все равно кусок не лез в горло, и аппетит внезапно пропал.

Тут Мэл опять привстал и захватил с подноса горсть сухариков, предназначенных супу харчо. При этом его рука невзначай скользнула по моей, обжигая кипятком, и я дернулась, пряча ладонь под стол.

Мэл, развалившись, начал закидывать в рот сухарики. Мои сухарики.

- И как прием? - спросил, хрустя.

- Вот, приглашаю Эву в гости. Хочу познакомить с родителями.

Хруст прекратился, и наступило неловкое молчание. Я искоса взглянула в сторону Мэла. Он смотрел на меня - тяжело, изучающе, а потом сказал деревянно, обращаясь к Пете:

- Поздравляю. Вас обоих. Это значимое событие для любой... пары, - и разжав кулак, высыпал на край подноса крошево из бывших сухариков.