Sindroma unicuma. Книга 2.

Сумка сопровождала меня в путешествиях всю мою сознательную жизнь, став хорошей помощницей.

Досадно, хоть реви. С фляжкой рассталась, а теперь и замок вышел из строя, капитально и неисправимо. Завтра я куплю сто таких сумок, а пока нужно носить в чем-то тетради, перья, карандаши с резинками, фантики и мятые карамельки, ключи, расческу, фонарик, небольшие ножнички, удостоверение личности, косточки от ахтулярий и непонятные бумажки. И да, еще девять тыщ висоров. Не забыть бы перевязать их резинкой.

До отдела кадров я перемещалась с оглядкой, высматривая Эльзу и ее подручных.

Со мной поздоровались: пышненькая Катин - приветливо, а её коллега Мавочка - взглянув мельком, в то время как начальница, сделав благое дело для Стопятнадцатого и одной завравшейся студентки, отсутствовала по причине чрезмерной усталости.

Вместо пестролистной лианы с повадками хищника угол занимал длинный малиновый стебелек, к которому крепились поочередно мелкие листочки, трепетавшие от малейшего колебания воздуха.

- А где несравненная заглатеция? - полюбопытствовала я, пока Катин записывала в карточке.

Как-то так выходило, что каждый раз при посещении отдела кадров мне приходилось общаться со светловолосой пышечкой. В отличие от дружелюбной Катин ее коллега смотрела сквозь меня, предпочитая созерцать заоконные просторы. А может, это я игнорировала темноволосую кадровичку, потому что в памяти накрепко засело бессовестное кокетство с Мэлом в холле.

- Заглатеция отжевала кусок шелкового платья Нинеллы Леопардовны.

- Уж не в архив ли сплавили? - вспомнила я об участи, постигавшей неугодные растения.

- Туда.

Бедный мой начальник! По незнанию поставит кадку у стеллажа с документами, и заглатеция сожрет все архивные дела и студентов в придачу.

- А это что? - ткнула в малиновый стебелек, и он мелко затрясся.

- Боязникус прямотянущийся. Нрав кроткий, смиренный. Нинелла Леопардовна получила в подарок от супруга.

Или в экзотическом боязникусе кроется подвох, или мне непонятна логика презентов мужа Леопарды, - посмотрела я с подозрением на стебелек, и под изучающим взглядом растеньице затряслось как флаг на штормовом ветру.