Может, Мэл проезжает мимо общежития?
В динамике периодически раздавались звуки - скрип сиденья, щелканье коробки передач, случайно включилась бравурная песенка в автомагнитоле и тут же стихла.
Мэл ехал. Куда? Ко мне?
Боже мой!
Что сказать ему? ""Не смей""?
Язык прилип к небу, сердце долбило по ребрам.
Я слушала Мэла, он слушал меня. Мы вслушивались в дыхание друг друга и в мазки звуков, выдаваемых динамиками.
Если приедешь, настучу тебе по голове телефоном! - выкрикнула в темноту за окном. Я ведь неодетая, непричесанная.
.."
"Какого фига? Могу хоть кикиморой ходить - дело мое.
Прилегла на кровать, и пружины прогнулись под весом тела. В трубке коротко хмыкнуло.
Мэл поворачивал руль, а я лежала, с жадностью вслушиваясь в каждый звук. Обо всём позабыла: об обидных словах в столовой, о его Эльзушке, об оскорблениях, выплеснувшихся около мужских раздевалок.
Мэл ехал по столице и сидел в салоне один. Один!
Наступило секундное затишье, и гулко хлопнула дверца машины. Что-то зашумело.
Или сумасшедше пульсировала кровь в моих висках?
Забренчало, негромкий хлопок.
Мэл вернулся домой. Один. Какое облегчение!
Слух обострился до предела возможностей. Я услышала бы сейчас, как Капа в соседней комнате перелистывает страницы с конспектами и зевает.
Звуки в телефоне: шорохи, стуки, позвякивания, треск, громыхание, - словно наяву я представила, как Мэл бросил связку ключей на столик, прошел к холодильнику и достал бутылку молока, как направился к кушетке и подвинул к панорамному окну, чтобы смотреть на ночной город - сверху вниз.
И снова у него молочные усы, как в прошлый раз, и каждый глоток, усиливаясь втройне, отдается эхом в моих ушах.
И я поняла, что хочу быть там, рядом с Мэлом, на кушетке. Хочу любоваться горящим ожерельем улиц, отпивая холодное молоко из одной бутылки. Хочу снова напугаться высокими потолками, чтобы Мэл успокоил меня и утешил. И обнял.
Хочу к нему, до боли, до крика, готового сорваться с губ.
Сама не заметила, как всхлипнула, и в трубке стихли звуки.
А я снова швыркнула и, испугавшись, зажала нос и рот ладонью.
Тишина на том конце стала звенящей. Я почувствовала - еще миг, и он скажет. Скажет что-то, что разрушит незримую нить, протянувшуюся из одного конца столицы в другой. Зачем портить очарование момента?
Не удержав очередной швырк, суматошно разъединилась и отключила телефон. Совсем. Наглухо. Придется просыпаться утром по своим внутренним часам. Все равно не просплю.
![Обложка книги Избранные произведения. I том [компиляция]](/uploads/posts/images/6/izbrannye-proizvedeniia-i-tom-kompiliatsiia.jpg)
