Sindroma unicuma. Книга 2.

Пожалею ли я, выйдя из кабинета, что не согласилась?

Решившись, вставила стелу в дыру на полюсе глобуса. Та пошла туго.

- Самостоятельно, - добавил Альрик. На его виске билась жилка. - Здесь мы вам не помощники.

Пришлось давить на рукоятку, пока пятигранная стела не погрузилась, застряв наполовину.

- Хорошо, - сказал профессор, с трудом сдерживая возбуждение. - Сцепление произошло. Попробуйте раскрутить.

Приложив усилие, я надавила. Стела не сдвинулась.

- Еще раз! - воскликнул Альрик азартно. - Сильнее!

Я послушалась его совета, и рычаг утонул по рукоятку.

Неторопливо разгоняясь, он упруго погружался и выпрыгивал из недр шара.

- Значительная инертность среды, - пробормотал декан.

- Не отпускайте руку, Эва Карловна! - напомнил профессор. - Удерживайте!

С каждым новым утапливанием рукоятка ходила все быстрее и легче, и вдруг шар провернулся вдоль оси. Медленно, а затем всё быстрее и быстрее, он стал раскручиваться, пока не завертелся, расплываясь алой сеткой вен.

Как заколдованная, уставилась я на растекающееся перед глазами красное зарево и погружалась, утопала в нем.

Пропали из виду Альрик и Стопятнадцатый, пропал кабинет. Меня затягивало, засасывало, растворяло в разлившемся океане.

-----------------"

"Бабочка на руке. Ничем не примечательная, коричневая, с незатейливым рисунком на крыльях. Открывает и складывает. Почему-то решила передохнуть именно так.

Пустой автобус и я на холодном кожаном сиденье у окна. Три ряда колючей проволоки, будка, шлагбаум. Рослый мужчина в пятнистой одежде удерживает ужасного пса, готового сорваться с привязи.

Животное заходится в лае, с клыков капает слюна, а глаза налились краснотой. И гавкает собака на меня.

Несколько мальчишек избивают одного на задворках. Скорчившееся тело, голова втянута в плечи и закрыта руками. Мне страшно, потому что я такая же, как и он.

Я лежу на земле, потому что меня толкнули. Как обычно. Ко мне подходит мальчик старше меня года на четыре. Это Алик. Теперь я под его защитой.

Льет дождь. Длинные промокшие шеренги на площадке.

Я в первом ряду. Женщина под зонтом зачитывает. Банда несовершеннолетних злоумышленников вскрыла сейф директрисы и сбежала с награбленнным. Мои щеки мокры: от воды, падающей с небес, или от слез - не имеет значения. Алик забыл обо мне.

Я пьяна. Невыносимо пьяна. И счастлива. Я танцую и отпиваю из горла бутылки коричневую терпкую жидкость. Это второй и последний раз, когда я напиваюсь до беспамятства.

Машина стоит на бензоколонке. Отец везет меня на север.