Sindroma unicuma. Книга 2.

Альрик помолчал.

- Почему же неизвестно? Не сегодня-завтра за divini oculi приедут из Первого департамента.

- Едва подозрения оформились, я был обязан сообщить им, таковы правила, - пояснил Стопятнадцатый извиняющимся тоном, словно профессор упрекнул его в поспешном поступке. - Мне уже позвонили. Министерство оформляет в срочном порядке необходимые бумаги, и вечером око заберут.

- Не удивлюсь, если его увезут под усиленным конвоем. Боюсь, мы не узнаем о дальнейшей судьбе артефакта, и он канет в неизвестность как девять тысяч лет назад.

- Все хотят знать свое будущее. В том числе премьер-министры и их приближенные.

- И среди них найдутся те, кто попытается избежать пророчества. Значит, у вас тоже возникли сомнения в подлинности ока? Оно могло оказаться жалким муляжом того, настоящего.

- Подозрения появились после отправки отчета в департамент, - признал декан. - Я долго колебался, будучи не уверен в сделанных выводах. Обычно происхождение подозрительных артефактов проверяется опытным путем.

- Что и сделала Эва Карловна, не так ли? - резюмировал профессор, и Стопятнадцатый неохотно кивнул, признавая эгоистичную подоплеку эксперимента.

- С другой стороны, было бы кощунством подержать в руках легендарное divini oculi и не опробовать. Считаю, Эве Карловне невероятно повезло, и, осознав это, она еще скажет нам спасибо. Девушка получила один шанс из миллиона, другого такого ей не представится. Жаль, пришлось провести опыт, сымпровизировав. В лабораторных условиях и с соответствующим оборудованием мы узнали бы гораздо больше.

- Альрик! - осадил собеседник. - Кощунством оказалась вываленная на неподготовленного человека информация о его прошлом и будущем. А ведь по свидетельствам современников, прежде чем воспользоваться оком, избранные проходили специальную подготовку и несколько ступеней посвящения.

- Эва Карловна справится, не сомневаюсь, - заявил уверенно профессор. - Она как кошка умудряется падать на четыре лапы.

- Скорее, как котенок, - хмыкнул декан, вызвав на лице Альрика улыбку.

- Сегодня с моей стороны имела место быть удивительнейшая безалаберность. Впрочем, как и с твоей.

- Согласен. Забылся. Виноват, - сказал профессор, поднимаясь с кресла.

- Посматривай за ней, - попросил Стопятнадцатый. - Моя совесть не выдержит, если по нашей милости Эва Карловна заработает тяжелейший психоз.

- Пригляжу. Что ж, око мы упустили, зато у нас остался подопытный проректрисы. Вы заметили, что он уменьшается в размерах?

- Ты неисправим.