Скатывающееся по телу к ногам. Сердцебиение участилось, когда смотрела в насыщенные тьмой глаза, чувствуя, как ремень скользит ниже, по пояснице, до ягодиц и нажим ослабевает, полупетля и ремень опадает. Чтобы в следующую секунду под его руками резко распрямиться и ударить по моим ягодицам. Не больно, но весомо. С сорванным мгновение вдохом. Подстугивающее. В его глазах непроглядная темень и всполохи пламени от того, что не удержавшись тесно призалась, горячо выдыхая на его полулыбающиеся губы, прикусывая их, чувствуя легкий жар в месте шлепка и теснее обвивая его плечи.
Поцеловал жустко и глубоко, отбросив ремень и сжимая ягодицы, чтобы затем скользнуть руками ниже, подхватить под них.
Вжалась в него, сжимая ногами крепче, чувствуя как спустя пару мгновений вместе со мной падает на постель, прижимая собой сверху. Убивая горячей теснотой, алчностью в поцелуях, украденным дыханием.
Изнывая под ним, требовательно царапаю плечи под тканью рубашки и слегка толкая его на бок. На спину. Послушно переворачивается, помогая оседлать себя, сжимая пальцами грудь, приподнимаясь с подушек, чтобы поджечь языком места прикосновений пальцами.
Волна из низа живота, сплетается с волной от ощущений его языка на коже, ударяет в теле, заставляя от удовольствия прогнуться в спине, просесть на нем ниже, собственной влажностью пропитывая ткань, скрывающую его эрекцию. Уперлась рукой в спинку кровати, пальцами второй пытаясь справиться с его одеждой, но не позволил. Сжал мою кисть на спинке, подсказывая сохранить упор, а вторую мою руку отстранил от себя, чтобы в следующую секунду нажать на мою поясницу, подсказывая привстать на нем, чтобы он, лукаво блеснув глазами и иронично полуулыбнувшись, спустился ниже, между моих ног.
Совсем ниже. И, обхватив мои бедра руками, прильнул губами к самой чувствительной точки в теле. Я вздрогнула от удара жара в теле и вцепилась обеими руками в спинку кровати, чувствуя, как сжигаются границы мира, когда он сжал руками мои бедра крепче, требуя сесть ниже и рождая горячим языком пламя в разуме, сердце, крови, заживо и с аппетитом сжирающие осознавание происходящего.
"
"Напитывал жаром и без того сильное пламя каждым движением своего языка и губ, заставляя вздрагивать от тока под кожей, нарастающего, готовящего к обрыву и предупреждая разум, что закоротит снова. У него совсем краткие паузы, на выдох и вдох, сжигающие кожу, когда с моих онемевших губ стонами срывалось его имя, а пальцы сжимали спинку кровати почти до судорог.
