Синий, хвостатый, влюбленный

– Конечно, – и, повернувшись к оставшемуся члену «Пятерки», я спросила прямо: – Почему?

– Я рассчитывал, что борьба с вами доведет его до безумия, – не стал отрицать экономист.

– Не довела, – вздохнула я.

– Но он же… – Литвинов осекся.

– Это не из-за нашей борьбы. Я всегда работаю аккуратно, вы же знаете. Может, что-то еще подтолкнуло его к этому? Например, раскаяние?.. – предположила я.

– Да такой человек никогда… – хмыкнул ляг и умолк.

В его глазах мелькнуло понимание.

– Хотя… все возможно, – добавил он после паузы.

 – Вы подадите жалобу?

Я некоторое время молчала, раздумывая над его вопросом.

Александр и Литвинов уставились на меня широко раскрытыми глазами.

– Почему? – выдавил Саша.

– Зная вашу жену, ничего хорошего ждать не стоит, – заметил ляг.

– А когда вы затевали эту грязную историю с моим участием, вы ждали чего-то хорошего? – приподняв брови, поинтересовалась я у него.

– Я ждал очевидного, – честно ответил экономист.

– В общем, обсуждать данный вопрос я не намерена. Также я не буду подавать петицию, в случае если вы напишете добровольное признание и не забудете упомянуть о вашей личной заинтересованности.

Думаю, мой муж проследит, чтобы все оформили правильно. Также я считаю с вас информацию и запишу на кристаллы, после чего один оставлю у себя, а другой отправлю в архив тире. Изъять хранящуюся там информацию сможем либо я, либо вы, так что все ваши откровения будут в полной безопасности.

– Шутите? – неловко усмехнулся Литвинов.

– Нет. Это страховка моего благополучия и вашей лояльности в будущем.

– В вашем времени все женщины были такие? – мрачно спросил у меня ляг.

– Женщины в любом времени разные. Просто меня жизнь научила защищать то, что мне дорого, и я ничем ради этого не погнушаюсь. Итак? – Я ждала ответа.

– Начинайте, – обреченно махнул рукой Литвинов.

Очень уж ему не хотелось терять свое место.

Считывая информацию, я скачала, несмотря на его сопротивление, все, что касалось оговоренного, даже личное. Особенно личное. И, закончив процедуру, сбросила все на кристаллы.

– Почему вы делаете это? – спросил ляг, и я его поняла.

– Если я подам петицию, то вас выгонят из «Пятерки» и на это место придет другой. Не факт, что новый будет лучше. А вы уже никуда не денетесь.

– Даже не знаю, что хуже, – мрачно проговорил мужчина.

– Хотите отказаться? – я мягко улыбнулась.

Подумав, Литвинов буркнул:

Затем он поднялся и вышел.

Оставшись наедине с мужем, я поинтересовалась:

– Ты не вмешивался.