Онлайн-библиотека книг
В глазах Ильи крошечными яркими пятнами отражалось пламя свечи. – Я к вам пришел навеки поселиться. И тапочки свои принес притом.
– Это мы сейчас отмечаем годовщину гастролей Михаила Львовича в Шанхае? – уточнил он очень серьезным голосом.
– Да. Папа даже не подозревает, с каким успехом он гастролировал по Китаю! Поможешь мне?
Майя изо всех сил надула щеки.
– Подожди, когда задуваешь свечку, надо обязательно загадать желание, – сказал Илья, а потом после паузы спросил: – Загадала?
– Да, загадала, – выдохнула весь заготовленный воздух ему в ухо.
Еще один глубокий вдох, шумный выдох – и свеча задута. На кухне снова стало темно, а Майе на плечи легла теплая рука.
– Буду, – тоже в ухо. – Желания задутых свечек сбываются обязательно.
На них, обнявшихся, едва хватало падавшего из прихожей света. Надо включать освещение и ужинать, а потом пить чай с гастрольно-тапочным тортом. Илья обнял ее еще крепче и снова заговорил на ухо.
– Мне все-таки интересно, как ты тогда решилась на такую душещипательную историю про гастроли родителей?
– Кто не рискует, тот не… – обернулась и поцеловала в любимый гладкий подбородок. И окончила торжествующе: – Тот не носит фамилию Королёва!
В темноте его улыбка звучала неприкрыто. А вот лицо, когда зажегся свет, было спокойным. Лишь голос выдал веселье:
– Главное, чтобы Королёва с паспортом не тянула.
Первые гастроли
– Он ужасный человек, ужа-а-асный.
Всхлипывания Аллочки из бухгалтерии слышали все, кто выходил в коридор, даже сам ужасный человек, который решил наведаться к программистам лично.
У программистов его не ждали, но визит пережили стойко.
Светлана Егоровна предпочитала молчать – просто выполнять указания. Два дня назад, решив сделать приятное шефу и начав разговор со слов «Вчера в новостях показывали триумф Большого в Вене…», поспешно закончила фразой: «Еще кофе?»
Чертова Вена! Нет, он все понимал и радовался.
"– Вена! Ты представляешь?! Венская опера! Это же мечта папы! И Севку заодно повидаю, я ему вчера звонила, он будет ждать, уже целый список продиктовал того, что надо привезти. И почти все – продукты!
Нет, он, конечно, понимал, понимал абсолютно, радовался и гордился.
