Онлайн-библиотека книг
Сын отказывался слушать сказки в исполнении отца и требовал читать ему «Записки о Галльской войне» Гая Юлия Цезаря.
«Между нашим и неприятельским войсками было небольшое болото. Враги ждали, не станут ли наши переходить его, а наши стояли под оружием в полной боевой готовности…»
Это было необъяснимо. В качестве альтернативы для Юни купили большую красочную детскую энциклопедию про римлян, там открывались окошки, двигались фигурки, раскладывались макеты зданий. Книга не имела успеха. Мальчик упорно тыкал пальцем в невзрачный серый том и твердил: «Сезаль, Сезаль…»
Приходилось читать…
«В лагере был один знатный нервий по имени Вертикон, который с самого начала осады перебежал к Цицерону и на деле доказал ему свою полную преданность…»
Май безумно веселило такое положение дел, она даже пыталась сочувствующе смотреть на Илью, но у нее это плохо получалось.
– Век живи, век учись, – говорила она, стараясь не расхохотаться, и подарила на Новый год сборник речей Цицерона – «один на двоих вам с Юней».
Он подарил ей кольцо с темным, почти черным сапфиром, в которое Майя сразу же влюбилась и носила почти постоянно, за исключением тех дней, когда выступала. Кольца мешали ей играть. Все. Кроме обручального.
Вернулась Май привычно поздно – в половине двенадцатого. Усталая, но довольная. Илья привычно ее ждал.
– Голодная? – поцелуй в холодный с мороза нос.
– Очень. У нас там есть что-нибудь вкусное?
– Конечно.
– Тебе завтра очень рано вставать? Посидишь со мной? – щекой по его щеке.
– Посижу.
И не только посидел, слушая рассказ о том, что спектакль прошел с заменой балерины во втором отделении, но и рассказал, как прошел вечер с сыном. А потом повел Май в кабинет и показал портрет. Она долго молчала, рассматривая картину.
– Знаешь, – проговорила Майя наконец, – а я ведь ни разу ее не видела. Мастер не разрешал смотреть на результат после сеансов.
– Нравится?
– Нравится. Очень. И где она будет висеть?
– Здесь.
Май оторвала взгляд от портрета:
– Ты хочешь запереть такую красоту в кабинете?
– Конечно, ведь это же мое.
Она положила голову на плечо мужа и прошептала:
– Ты, оказывается, жадина.
– А ты разве не знала? – спросил он, обняв. – Кажется, я наконец-то понял, что меня в этой картине смущает.
– Что?
– Размер смычка, – задумчиво произнес Илья. – Думаю, великоват.
Май прикусила губу, оценивающе глядя на смычок, а потом ответила уверенно:
– В самый раз.
