Съём без правил

Это история о том, как один красавчик-журналист (главный редактор, на секундочку!) собирал коллекцию из девушек. У него даже уголочек был специальный с "победами", прям-таки иконостас с фотографиями и милыми вещичками. И вот однажды ему попалась Маринка, и оказалась у нашего Константина кишка для нее тонка. В общем, все, как мы...

— Я так скучаю по тебе, — театрально выдавливаю из себя трагичным голосом, прижимая букет алых роз к груди.

— Вы знали этого человека? — возле меня останавливается девушка, она чуть медлит.

— Того, кто погиб здесь?

— Она была очень красивой, — оборачиваюсь на приятный женский голос у себя за спиной. — Самой красивой на свете.

Позади меня молоденькая блондинка, на вид ей лет девятнадцать, она выгуливает шоколадного цвета той-терьера. На ней обтягивающая майка и короткие шорты. Она ждет продолжения печальной истории, и я даю его ей.

— Я был в нее влюблен. Много лет.

— Мне жаль, — с искренним сочувствием смотрит она на меня.

 А я кладу букет алых роз возле столбика с металлической табличкой, на которой красивым, каллиграфическим почерком написано женское имя и даты.

Когда посреди трассы случается авария, люди часто прикручивают подобные таблички к дереву или маленькому столбику, в память о погибших. Мимо проносятся машины, с противоположной стороны парк, здесь часто выгуливают собак.

— Но я так и не сумел сказать ей о своей любви, — поэтично закрываю глаза.

Девушка впечатлена, она долгое время смотрит на меня. А я бросаю грустный, почти щенячий взгляд в сторону незнакомки.

И тут же, словно опомнившись, поправляю целлофан букета, многозначительно вздыхая над маленьким мемориалом.

— Все могло быть иначе. Мы могли быть вместе по-настоящему.

Очень горячая девушка держит на поводке собаку. Она часто здесь гуляет, я давно ее приметил. И хорошо знаю ее маршрут.

— Это так печально, — вздыхает длинноногая блондинка в узких шортах.

Моя сказка проняла девушку с собачкой, она подходит ближе и поправляет мемориальную табличку, стирая с нее пыль.

Девочка инстинктивно прониклась симпатией к человеку, который потерял любовь и теперь смотрит на меня с уважением.

— Мы не ценим время, — шепчу, заглядывая в большие синие глаза, изучаю ее очень внимательно, — наши души часто так и не находят друг друга. А потом мы остаемся одни на целом свете. Любовь — это ведь самое главное.

Девчонка часто и быстро кивает, соглашаясь. Ее длинные светлые волосы доходят до середины спины.