Сиреневая ночь (СИ)

— Они помогут Вам переодеться, леди Кэмпбелл. — Чопорно ответила миссис Броук, ведь её положение в этом доме было всё же выше, чем у обычной прислуги. — Можете приступать…

— Нет! — Воскликнула Эмма, проходя на середину комнаты. — Вы все можете идти.

Служанки непонимающе переглянулись.

— Но леди Кэмпбелл, времени мало…

— Мне будет достаточно Вас, миссис Броук. Остальные пусть уходят. — Для пущей убедительности Эмма отвернулась к туалетному столику и принялась снимать с себя все украшения.

Мэри-Энн слишком хорошо знала Эмму.

— Тебе не стоит так сильно переживать по этому поводу, Эмма. Каждая женщина рано или поздно должна пройти через это. Это наш главный долг и обязанность…

Эмма молча смотрела на Мэри-Энн через отражение в зеркале, слушая её слова, а затем сказала:

— Я лишь хочу, чтобы всё закончилось, как можно быстрее. Будь судьба более милосердна, она не допустила бы подобного для меня.

Мэри-Энн с сочувствием посмотрела на девушку, после чего принялась развязывать шнуровку на платье.

Граф Кэмпбелл не заставил себя долго ждать. Ввалившись в спальню своей молодой жены, Уиллард собственнически оглядел тонкую фигурку Эммы, стараясь не обращать внимания на бледность лица и отсутствующий взгляд, обращенный к нему.

— Не изображай передо мной столь страдальческий вид, дорогая. Моя жена всегда должна с улыбкой встречать меня.

— Я думала вы не любите, когда вам лгут прямо в глаза.

Уиллард медленно направился в её сторону, скидывая фрак и расстёгивая ворот рубашки.

— Я был бы разочарован, поменяй ты своё мнение. В тебе столько силы и огня! Мне будет интересно приручить тебя.

— Вы лишь обожжётесь, милорд. — Заметила Эмма, как вдруг Уиллард дал ей пощёчину. Схватившись на щеку, девушка ещё мгновение пыталась осознать произошедшее, но властный голос графа быстро вернул её к реальности.

— Впредь ты будешь думать, что следует говорить мне, а что нет. Ложись в кровать!

Однако Эмма осталась стоять на месте, чувствуя привкус крови во рту. В её глазах застыли слёзы. Но это были не слёзы боли, нет. Это была злость и обида последних нескольких недель.

— Я сказал ложись! — Повторил Уиллард.

— Нет… — хладнокровно произнесла Эмма.

Уиллард совершенно не был настроен на подобные игры.