Сиренити

Поэтому гном думал, что без зазрения совести может соврать мне про три дня и приостановку Программы. Он был уверен, что браслет всё ещё на мне! Вот пускай так дальше и думает.

Итак, жизни Макса больше ничего не угрожает, тут я могу выдохнуть спокойно.

Теперь надо обдумать следующие слова Ашерона — о том, что в магическом договоре на мой будущий брак указано, что я обязана стать супругой одного из сыновей Эдуарда Лионезийского, и я даже могу выбрать, какого именно. Причём гном заявил это с абсолютной уверенностью, в этот момент он не притворялся! Это и сбило меня с толку.

Как жаль, что я сама лично не видела этот документ! Всё это время он хранился в Лионезии. Правда, Коул как-то ухитрился похитить его на пару дней для анализа, а потом незаметно вернул назад.

Сам Ашерон тоже наверняка не видел эту бумагу. Скорее всего, ему наврал с три короба Тириан. Этот гад знает, что я долго не протянула бы в браке с ним, он стал бы счастливым вдовцом-правителем трёх королевств.

Надо вспомнить, что мне говорил про этот документ Коул.

Так что Ашерону не удастся пристроить своего родственничка в мои «заботливые» руки, и Тириану не стать моим мужем, даже если небо рухнет на землю.

А пока что — пусть они оба тешат себя иллюзией, что провели наивную молодую дурочку. Мы с малышкой в это время поспим.

Интересно, как там Макс и Кристиан? Наверное, с ума из-за меня сходят.

Кристиан, поторопись, милый…

— Сядь, не мельтеши! — рявкнул на меня Кристиан, заходя в шатёр. Военный лагерь у Большой Вестрокской стены был организован три часа назад, и за последние сутки король Лионезии не присел, руководя тремя армиями.

До сих пор удивляюсь, как он меня не убил, когда примчался, узнав о похищении Сиренити. Собственно, избил он меня сильно. Да я даже и не сопротивлялся. Но добивать почему-то не стал.

— За мной, живо! — заорал он тогда на меня так, что в окнах едва не повылетали стёкла. Рваной, дёргающейся походкой он направился в конференц-зал, а я поплёлся следом — побитый и припечатанный муками совести. Ну почему я не прислушался к своей интуиции и оставил её одну? В том, что моего ангела похитили — только моя вина!

То, что на мне больше нет браслета — понял не сразу. Даже не въехал, увидев пустое запястье. Потом дошло, я в шоке обернулся.