Сиренити

Его лицо помрачнело так, что было видно: он желает воскресить моих похитителей, чтобы потом ещё раз предать их медленной, мучительной смерти. Раз пятнадцать.

— Нет, Тириан пытался, но Сантирон меня спас, — ответила я ему, купаясь в его эмоциях.

Удивительно, но он убрал все свои ментальные щиты и преграды, и теперь я наслаждалась исходившими от него волнами любви и заботы, которыми он окутывал меня, как нежнейшим пледом.

— Прости, что не смог тебя уберечь, — его глаза потемнели от боли.

— Главное — что всё закончилось хорошо, — улыбнулась я ему.

— Хотел, — честно признался Кристиан. — Но мне помешал Джулиан. Он быстро вырубил этого юнца. А я не добиваю лежачих и беззащитных. Сейчас он уже очухался, не волнуйся. Пусть живёт. Только подальше от дворца.

Я с благодарностью ему улыбнулась.

— Крис… Я беременна… — сильно волнуясь, сообщила я своему жениху.

— Я знаю, — обхватив моё лицо ладонями, он подарил мне ещё один ласковый поцелуй.

— Это девочка, — пояснила я, чувствуя, как от счастья глаза застилаются слезами.

— Будущая королева Ксандрии, — он погладил мой живот.

— А что с Максом? Ты позволишь ему принимать участие в её воспитании? — напряглась я в ожидании ответа.

— Конечно, — снисходительно улыбнулся Кристиан. — Я не такой изверг, каким иногда казался, — подмигнул он мне.

Рассмеявшись, я обняла его за шею.

— Я люблю тебя, — невольно вырвалось у меня.

Замерев на секунду, Крис обрушил на меня целый ураган поцелуев, накрывая своими тёплыми губами всё, до чего только мог добраться.

— Я тоже люблю тебя, родная! Больше жизни! — судорожно выдохнул он.

Мне позволили отлучиться в ванную на несколько минут, а, когда я оттуда вышла — Кристиан не дал мне даже высушить волосы. Скинув с меня шёлковый халат, он подхватил меня на руки и уложил в постель.

— Ты же хотел дождаться нашей первой брачной ночи! — рассмеялась я, податливо выгибаясь навстречу его настойчивым рукам, жадно оглаживающим всё моё тело.

— Я передумал, — хрипло отозвался он и втянул в рот мой сосок, отправляя в низ живота сладкую молнию.

— Ох! — тело рефлекторно выгнулось дугой, и я запустила пальцы в чёрную шевелюру этого сексуального кошака.

Прикосновение кожа к коже обжигало своей остротой, заставляя стонать и тянуться навстречу мужчине.