Сиренити

Он был настоящим эталоном мужской красоты — с идеально проступающими сквозь кожу кубиками на прессе, ярко выраженными косыми мышцами живота, широкими плечами и накачанными руками.

Я стыдливо отвела взгляд в сторону, пока он неторопливо снимал с себя трусы, и вскрикнула от шока, когда он смазанной тенью запрыгнул ко мне на кровать, приземлившись на постель в виде огромной чёрной пантеры.

Пока я потрясённо хлопала глазами, большой чёрный кошак по-хозяйски улёгся рядом со мной и принялся красноречиво тыкать носом мне в руку: мол, гладь!

Протянув ладонь, я робко запустила пальцы в его мягкую блестящую шерсть на затылке и принялась почёсывать жениха за ушком.

Это было странно, но на морде зверя было больше эмоций, чем на бесстрастном лице Кристиана в мужском обличье. И меня радовало, что я могу улавливать чувства пантеры. Большому чёрному коту явно нравились мои поглаживания, от него фонило не просто радостью, а настоящим блаженством.

Он тихо поуркивал от удовольствия, и то и дело порывался лизнуть мне руку и обнажённое плечо, но сдерживал себя, понимая, что его шершавый язык похож на тёрку, и подобной лаской он может содрать с меня кожу.

Лионезию издавна населяли оборотни всех мастей, но то, что мой жених один из них и способен к обороту, стало для меня неожиданностью. Никто и никогда не говорил мне об этом, и даже Коул скрыл от меня этот факт, хотя и заявил, что собрал настоящее досье на Кристиана.

Не знаю, сколько времени я почёсывала пушистую чёрную тушку, млеющую под моими руками — может, полчаса, или больше. За это время я успела проникнуться симпатией к этому ласковому зверю и призналась сама себе, что мне и самой приятно наглаживать его шелковистую мягкую шёрстку, купаясь в эмоциях пантеры, пронизанных радостью и счастьем.

Я расслабилась и уже начала верить, что всё будет хорошо. Но Кристиан снова меня удивил, неожиданно превратившись в мужчину, и я поспешно отдёрнула руку от рельефного живота обнажённого красавца.

Мягко рассмеявшись, Кристиан схватил меня в охапку и притянул к себе, и тут же накинул на нас одеяло.

И вот лежу я в платье под одеялом на шикарном голом мужчине, голова удобно устроилась на сильном плече, а рука на его груди улавливает ровное биение его сердца.