Поэтому, повторюсь, советую вам перечитать и уложить в голове все услышанное сегодня. Свободны.
В столовую мы шли всей толпой. Я подумывала было улизнуть, чтобы заскочить к портнихе перед обедом, но вспомнила, что пока не стоит ходить одной, а парням там делать нечего. После обеда попрошу Дейзи или Селию меня проводить. До чего же неудобно быть единственной девчонкой на курсе! Пожалуй, стоит познакомиться с девушками с других курсов. Раз уж нас так мало, надо держаться вместе.
— Эй, парни, вы что, вскладчину ее пялите? — крикнул кто-то, когда мы проходили мимо корпуса целителей.
Зен сжал мой локоть, переглянулся с братом.
— Да он никак бессмертный, — ехидно протянул Зак.
— Сейчас проверим. — Феликс оторвался от остальных, за ним шагнули близнецы.
Шутник попятился, трое, что хохотали рядом с ним, тоже оборвали смех. Когда от толпы отделились и Дамиан с Себастьяном, четверка целителей поспешила к дверям корпуса. Я посмотрела, как они семенят, пытаясь сохранить остатки достоинства, и хихикнула.
Кто-то из наших засмеялся, кто-то засвистел, кто-то заулюлюкал.
— А ты ничего так, хоть и барышня, — сказал русоволосый парень, и я узнала его — тот, кто не хотел раздеваться при девчонках.
— Спасибо на добром слове, — хмыкнула я. Добавила, обращаясь к вернувшимся: — И вам спасибо.
— Ерунда, — пожал плечами Себастьян. — Кто обидит одного боевика — обидит всех.
Когда мы ввалились в столовую, она уже была заполнена. Проходя мимо проема в зал для богатеньких, я заметила знакомые рыжие локоны.
— Парни, идите, — сказала я. — Мне тут кое с кем переговорить надо.
— Уверена что помощь не нужна? — поинтересовался Зен.
— Нет. Бабский язык вам не укоротить."
"На самом деле я тоже не была уверена, что мне это удастся. Но подличать исподтишка я никогда не умела, а оставлять выходки Корделии без внимания больше было нельзя.
Часть парней с нашего курса тоже зашли в зал для богатых, начали рассаживаться за столами, около которых тут же нарисовались подавальщицы.
Я же двинулась туда, где Корделия щебетала с двумя барышнями, спиной чувствуя взгляды. И пока я шла, казалось, исчез монотонный гул зала, оставив только один звонкий голосок, потускнел мир, сузившись до одного прелестно-кукольного личика.
Я замерла у стола, борясь с желанием взять Корделию за затылок и сунуть лицом в тарелку с кушаньем, каким бы то ни было. С ней одной я справлюсь без труда, и двое, что сидят рядом, не помешают.
