Я скупался, наскоро побрился, отчего стал чувствовать себя намного лучше и к ребятам вышел бодрым, свежим и готовым к новым свершениям. Казалось, что даже раненое плечо стало болеть намного меньше.
— О, привет, Максим! — улыбнулся завидев меня Никита. — Рад тебя видеть в целости и сохранности! Хочешь пивка?
— От одной баночки не откажусь.
— Здорово, Макс, — Витя пожал мне руку и я обратил внимание, что настроение у него было не очень. — Рад видеть тебя живым и здоровым.
— Взаимно.
Никита выставлял на стол банки с пивом, а я тем временем принялся убирать с дивана постельные принадлежности.
Когда я закончил, ребята быстро сложили его и все смогли рассесться с должным комфортом. Северов, по праву наставника, занял кресло, а мы втроем расположились на диване. Будто сговорившись, все дружно щелкнули, открывая свои банки с пивом, Витя сделал несколько глотков, глубоко вздохнул и повел разговор.
— Ну что, ребята, похоже влипли мы с этим делом основательно. Я сегодня был в Башне где с меня десять шкур спустили.
Начальства набежало — полный кабинет! Даже один советник заявился.
— Они бы еще покровителей или Главу Дома позвали, — буркнул Никита.
— Никита, помолчи пожалуйста, — попросила его Оля. — Ну, продолжай, Витя, что говорили?
— Да что говорили, — пожал плечами Северов. — В общем как обычно, беспредел, обнаглели вконец, зарвались и все такое. Чтобы вы понимали есть даже мнение нас «выключить».
— Нормально! — присвистнул Никита. — Это за что, интересно знать?
Виктор отпил пива и тоже самое сделали все остальные, а затем продолжил.
— Короче — вчера вечером мы ухлопали одного из «лесников», Малахитовый Дом обратился с официальной претензией к Янтарному Дому.
— Кого ухлопали, того придурка с шишкой на лбу? — спросил я.
— К сожалению, другого, — ответил Никита. — Как ты говоришь, придурок с шишкой на лбу, свидетельствовал по видеосвязи, что именно наше звено на них напало в кафе.
— В смысле — напало? — спросили Ольга.
— Ну они так сказали своим.
Будто они ели-пили, никого не трогали, а тут мы в состоянии алкогольного опьянения, прицепились к ним на почве личной неприязни к Малахитовому Дому и в результате возник конфликт. Как-то так.
— Ты рассказал, как было на самом деле? — спросил Чернов.
— Само собой, но это не помогло. Наши сказали, что мы не имели права устраивать перестрелки не имея более существенных доказательств против «лесников» и вообще убивать кого-то ради вампиров.
