Сюрприз для маркиза

Когда же я сфокусировала взгляд, до сего момента опущенный в пол, на дамах, я поняла, что это явно не дружеская беседа. Если Теана стояла ко мне в пол оборота, то другая несса — спиной. В живот, распоров ткань домашнего платья, супруге Цесса упирался острый кинжал, который прочно в своих руках держала стройная шатенка. Другой рукой она держала большой жёлтый кулон, который спускался с шеи на длинной толстой цепи красного золота. На сколько я помню, это украшение является одной из регалий власти. Снять его можно только по собственному желанию, а я что-то не вижу такового на испуганном лице Теаны.

Не придумав ничего лучше, я тихо подошла к ним, оглянулась по сторонам и бесшумно схватив первую попавшуюся статуэтку, (а ей оказался милый пухлощекий херувимчик) ударила шатенку по голове. Та с всхлипом выронила нож и кулем с мукой распласталась на полу. При этом, проваливаясь в беспамятство, она естественно не отпустила кулон. Вместе с несостоявшейся убийцей упала и Цесса. Пока она выпутывала застрявшие в пальцах обморочной нессы звенья цепи и барахталась в куче рук, ног, волос, платья и кинжала, я в ступоре искала куда поставить тяжеленный статую откормленного ангела. В моей голове роились совершенно не те мысли. Ведь вместо сожаления о том, что я ударила человека, или позыва к помощи Теане, я думала о том, что на таких хиленьких крыльях как у этого херувимчика, такое толстое тельце и пухлую попу, на небо не унесешь. И решила, что пожалуй пирожных я буду есть поменьше.

Именно в тот момент, когда я так и не решившись приткнуть куда-нибудь толстячка и подала руку Цессе, чтобы подняться, в комнату ворвались двое стражников и по видимому их начальник.

Её высочество протягивала мне руку, почему-то с ножом, а я в ответ тянула к ней свою. Со стороны это выглядело для меня не очень хорошо, и естественно от главы бравых, но припозднившихся молодцов послышался приказ:

— Девку арестовать и в допросную. Что с вами, Ваше Величество?

Наконец-то, разобравшись в собственных юбках, конечностях и длинной косе, которой Цесса зацепилась за ряд жемчужных пуговиц у неудачливой убийцы, она встала, отряхнулась и сверкнув на меня голубыми глазищами сказала, обращаясь к старшему:

— Это я тебя сейчас в допросную отволоку, и сама пытать стану.

Перехватив у меня статую разожравшегося ангелочка, и удивлённо крякнув, не ожидая такой тяжести, она продолжила:-И вот им тебя приложу. Действенное средство.

Она говорила как-то странно, немного тягуче и с непонятным акцентом.