Сюрприз для маркиза

Длинный стол на 16 персон был серверован только на троих, скатерти хрустели белезной, хрусталь и фарфор блестели и преломляли свет, в столовое серебро можно было увидеть свое отражение. Неуместный пафос и лицемерное ханжество, вот мои ассоциации с праздничной серверовкой стола. Мать не встретила сына после долгой разлуки, ни разу за световой ун не поинтересовалась им, и все же она сидела здесь в полном наряде к ужину, включая украшения, перчатки и парик. Он удостоился лишь лёгкого кивка, я не заслужила и оного.

Александрин Силье сделала вид, что меня не существует, ее взгляд скользил мимо меня, не задерживаясь ни на квази. Когда был подан суп, мать нарушила тягостное молчание:

— Почему ты уволил моих слуг? — низким, властным голосом не спросила — потребовала ответ.

— Этот не твои слуги, мама, — на этом обращении Её светлость видимо поморщилась, как будто вместо сладкой черешни ей достался неспелый лаймон, — а мои, и если в отсутствие хозяина поместья они забыли кто платит им зарплату, налоги и инвестирует их пенсии, я сегодня им это любезно напомнил, — тихо, но четко ответил Тристан.

Он глупо поддался на утреннюю провокацию, а сейчас жалел, что уволил в общем то неплохих работников, просто выполнявших приказ герцогини.

— Чем же юную несси, — выделив последнее слово, намекая на мой юный возраст, — не устроила выделенная ей комната. До этого там жила прекрасная женщина. Кажется гувернантка. Глаза Тристана сверкнули, и он ответил, — Соланж, заняла покои соседние с моими, как следует из её положения и предпочтения, мама, — издевательски продолжил он, — возможно Вам самой стоит переселиться в столь чудесные покои, раз вы посчитали их достойными дорогой гостьи.

Наверно вдовья часть поместья для Вас слишком велика, и Вам одиноко в таких просторных покоях. — Тристан бил по больному, по большому счету у этой озлобленной своим личным выбором женщины, кроме иллюзии власти не было ничего: ни мужа, ни сына, ни возможности когда-нибудь ростить внуков. Ну чтож, эта духовная клетка — её выбор.

Герцогиня промокнула тонкие губы льняной салфеткой и встала из-за стола, — Я не буду продолжать этот разговор, более того я больше не намерена делить стол с твоей подстилкой. Тристан вскочил намереваясь крикнуть матери что-либо обидное в след, но я поймала его за рукав и притянула назад, на жёсткий стул.

— Мы здесь всего на пару унов, милый, — попыталась успокоить его я, — у нас есть другие важные дела, не надо нервничать и распаляться.