— Вы слышали, что он сказал! — Паулина добавила в свой голос гневных ноток, сердито сверкнула глазами, замахала руками на съемочную группу и сотрудников заведения. — Кыш-кыш-кыш!
Послышался торопливый шорох шагов. Столовка для нищебродов опустела. Давно я в таких заведениях не бывал. И ноги бы моей здесь не было, но… спор есть спор!
Я проспорил одному из своих лучших друзей — Эмину. Такое случалось редко, я почти никогда не проигрывал. Разумеется, мой друг решил воспользоваться этой редкой возможностью и оторваться на полную катушку.
Он… потребовал с меня участия в передаче “Завидный холостяк”!
У меня и без этого от девок отбоя никогда не бывает, а сейчас так вообще… Можно сказать, что теперь я до конца своих дней могу лениво перебирать имена в телефонной книжке. Имена девиц, готовых прыгнуть в мою кровать абсолютно голенькими.
— Видел бы ты свою рожу! Аааа…. Оооо! — послышался сдавленный голос друга.
Эмин — всегда спокойный, вежливый до неприличия. Но сейчас он рухнул на пол, держался за живот и рыдал от смеха.
— На себя посмотри! — огрызнулся я. — У тебя от смеха рожа покраснела.
— Если она стала цвета борща, который сейчас стекает с тебя на пол… — икнул друг, вытирая слезы смеха. — Это лучшее, что я видел!
— Так это ты все подстроил, да?! — разозлился я. — Ты подкинул идею организаторам передачи, чтобы усложнить задачу… Эти дебильные анкеты секретной участницы перед самым финалом! Дать шанс тем, кому он уже давно не светит! Бла-бла-бла! Все подстава!
Я не поклонник передачи “Завидный холостяк”.
Но хорошо помню, что в первоначальном сценарии не было никаких анкет участниц мамаш-одиночек, возрастом до двадцати пяти лет!
Продюсер сказал, что так хотят подогреть интерес к передаче, мол, анкетами их просто завалили! Делов-то — крутануть барабан, вытащить одну бумажку из нескольких тысяч и провести одно свидание с простушкой. Все домохозяйки в бигудях прилипнут к экранам… Разумеется, меня успокоили, что на финальный исход это не повлияет никак. Но теперь я начал подозревать, что все было подстроено Эмином с самого начала.
Все! Недаром его близкий друг — крупнейший держатель акций того самого “Третьего канала”!
— Твоих рук дело, гаденыш?! Эта девка — утка подсадная? Из какого актерского училища вытащил юное дарование? Отвечай немедленно! — потребовал я.
Друг продолжал рыдать от смеха. Бесполезное создание! Я сам со всем разберусь!
— Приведите ко мне эту рыжую борщеметательницу! Живо!
Заплачу ей денег, больше, чем заплатил Эмин. Или надавлю.
