Вы можете использовать свое право вето всего один раз, когда желаете спасти от выбывания понравившуюся вам девушку. Всего. Один. Раз.
— Именно это я и желаю. Желаю спасти Василису от выбывания из шоу!
— Увы, не в этом случае! Василисы Андреевой вообще не должно было оказаться на этой передаче. Она проникла в ряды участниц обманом и…
— Советую пересмотреть условия! — наглым тоном оборвал ведущего Крестовский, отобрав у него микрофон.
— Увы, это невозможно. Решение создателей шоу окончательное… — пропищал ведущий.
— Значит, окончательное? Жаль!
— Да.
Мне тоже жаль, мое сердце разбито. Кирилл, она тоже разбила вам сердце?
— Мы уходим.
Кирилл швырнул микрофон в сторону съемочной группы, резко обхватил меня за плечи и повел в сторону выхода из съемочного павильона. Я позволила ему себя увести и была благодарна, хоть и не могла ничего сказать. Абсолютно!
— Клоуны. Шоу-мены чертовы! — костерил телевизионщиков Крестовский.
За нами послышался топот и звук голосов.
— Крестовский, постойте! Мы не поняли смысл ваших заключительных слов.
Постойте!
— Ах, смысл?! — взревел Крестовский и развернулся, на ходу задирая рукава пиджака.
Он выглядел так, словно хотел навалять всем. Разорвать голыми руками. И что самое пугающее, я верила, что он это сделает. Мне стало страшно. Даже шок от случившегося отошел на второй план. Может быть, Крестовский и не врал насчет своего прошло в рядах вдв! Тогда окружающим точно грозят увечья и травмы.
— Сейчас я покажу тебе смысл, клоун в лосинах! — рыкнул в сторону ведущего воинственно настроенный миллиардер.
— Крестовский, не стоит лезть из-за меня в драку!
— Поверь, стоит!
— Я хочу уйти. Это лишнее! Я знала, что рано или поздно это всплывет. Крестовский, я хочу уйти! — повисла на локте. — Пожалуйста.
Крестовский едва заметно метнул на меня взгляд — абсолютно бессмысленный.
— Кирилл, пожалуйста. Я просто хочу уйти. Мне ничего из этого не надо… Пожалуйста.
Прошла, кажется, целая вечность, прежде чем в потемневших глазах Крестовского появилась трезвость.
— Уходим.
Крестовский вывел меня из съемочного павильона, из здания, направился на парковку. Кто-то настойчиво следовал по пятам.
— Садись! — распахнул дверь.
Я хотела уехать как можно скорее! Но в последний миг вдруг подумала:
Не его ли это рук дело?! Самого Крестовского! Кто знал о том, что Буся мне не родная дочь, а племянница? Я Кириллу этот секрет открыла, а он мог использовать эту ситуацию, чтобы отыграться за многочисленные отказы… За ту самую тарелку борща.
