Скай О`Малли

Горячая ладонь гладила живот, потом спустилась вниз к тому самому чувственному месту. Скай не сдержала крика радости, Халид нашел ее губы, и они слились в жарком поцелуе. Когда наслаждение стало постепенно угасать, Скай открыла глаза — он глядел на нее сверху вниз, потом повернул голову, и ее поразил его ястребиный профиль.

— Ты узнала, что тебе было необходимо, Ясмин? Женщина не шевелилась. Ее огромные зеленые глаза потемнели и стали почти черными на бледном лице.

— Она хорошо отзывается на прикосновения мужчины.

— На ваше прикосновение, господин Халид.

— Отныне, Ясмин, ты не должна принуждать Скай к тому, что она не желает делать. Ты научишь ее всему, что знаешь, а практиковаться она будет со мной. Лишь я один буду поправлять или наказывать ее. Ты меня поняла?

— Да, господин. — Женщина послала Скай ненавидящий взгляд.

— Тогда на сегодня достаточно. — И, отпустив Ясмин и Али, Халид подал руку Скай. — Одевайся, радость моя. У меня в саду есть роза, которая называется «Восторг любви».

Они остались одни. Скай не спеша надела платье, скользнула ступнями в сандалии. Низкий голос Халида нарушил окружавшую их тишину.

— Что в сегодняшнем занятии так растревожило тебя?

— Когда я увидела, как Али овладевает Ясмин, мне стало не по себе. Как будто я уже видела такое, и в этом таилось что-то недоброе. Но что это было, я вспомнить не смогла и испугалась. Евнух, несмотря на свое положение, так уверен в своей власти над Ясмин.

— Я доволен тобой, Скай, — он обнял ее. — Кем бы ты ни была в своей прошлой жизни, ты не распутница, и это меня устраивает. Может быть, я изменю свои планы в отношении тебя. А теперь пойдем смотреть розы.

— Ты не прогонишь меня? — Ее голос дрожал от испуга.

— Нет, — Халид взял ее за плечи и посмотрел в поднятое к нему лицо. — Нет, я не прогоню тебя, маленькая заблудившаяся девочка.

И снова Скай была удивлена, заметив нежность в его глазах.

Ночью Халид эль Бей устроился в одиночестве на террасе, расположенной на крыше здания. Небо над ним походило на черный шелк, усыпанный кристалликами голубых звезд. Ветра не было, и в недвижном воздухе плавал запах раскрывшегося к вечеру душистого табака. Халиду стало ясно, куртизанкой Скай не будет. Ее память погрузилась во мрак, но остались строгие моральные устои.